Бернадот полностью

Бернадот свои впечатления от встречи с Наполеоном зафиксировал на бумаге: «Первое впечатление, произведенное на меня Бонапартом, было своеобразным. Я увидел небольшую фигуру, грубую и злую в поведении и манере держаться. Он был одет в китель с огромными карманами и в рубашку до коленей. Лицо его было заметно худым, кожа желтоватой. Волосы приглажены и напудрены, способ выражения определённый и временами властный. Поведение его казалось слишком скрытным. Оказываемое ему внешнее почтение указывало мне на то, что я в нём увидел иную персону, нежели те, кто до сих пор играл какую-то роль в государстве. Другими в итальянской армии, по сравнению с прочими нашими армиями, были и отношения. Командующий имел вид суверена. Офицеры в его присутствии не садились и держались от него на почтительном расстоянии. Его супруга и сестра Полин разделяли выражения того почтения, которое оказывалось генералу, что содержало признаки будущего диктаторства. Он принял собрата по оружию самым лестным образом; его превосходство не подвергалось сомнению; оно проявлялось и в том, что он говорил, а также и в том, как он своеобразно подавал себя внешне. Так он действовал на всё своё окружение. Кажется, он воспринял меня благосклонно...»

Свидетель этой встречи, будущий биограф Бернадота Тушар- Лафосс рассказывает, что Бонапарт был более разговорчивым, нежели Бернадот. Сдержанность беарнца, по его мнению, объяснялась тем, что он разгадал характер и далеко идущие планы своего будущего начальника. Нам кажется, что «новичок» Бернадот и должен был вести себя сдержанно по отношению к новому начальнику. Во всяком случае, создавалось впечатление, что оба генерала восприняли друг друга с большой предосторожностью.

Вероятно, они сразу почувствовали друг в друге соперников — особенно это могло относиться к мнительному и раздражительновластному Наполеону. Бернадот сразу увидел в нём человека с двойным дном, человека опасного, до конца неискреннего и в вопросах власти беспринципного. Это первое впечатление не обманет прозорливого беарнца, и он останется ему верен до тех пор, пока его жизненный путь будет пересекаться с жизненным путём корсиканца.

Своим товарищам по корпусу Бернадот после встречи с Наполеоном, согласно тому же Тушар-Лафоссу, сказал более определённо: «Я увидел человека 26—27 лет, который хочет казаться 50-летним; и это мне кажется недобрым предзнаменованием для Республики ».

«Бонапарт, конечно, был гением, — пишет Блумберг, — но он работал только на себя и не терпел и тени соперничества; Бернадот же был больше, чем гений, он был характер, в которых в то время ощущался большой недостаток». Спорное, на наш взгляд, мнение: республика имела в своём распоряжении не один такой «характер», как у Бернадота, но все они отнюдь не были гениями, каковым скоро станет Наполеон.

Перед началом похода в распоряжении Бернадота оказались пять пехотных полубригад, приведенных в Италию из Метца, два полка кавалерии непостоянного состава, включая 14-й драгунский полк (тоже из Метца), и немного артиллерии. Кавалерией командовал новый человек — будущий маршал и король Неаполя Йоахим Мюрат (1767—1815), с которым Бернадот подружится и к которому он надолго сохранит тёплые товарищеские чувства.

С самого начала с начальником штаба итальянской армии генералом Л.-А. Бертье у Бернадота сложились напряжённые отношения. Поводом, как мы уже сообщали, послужил эпизод с арестом коменданта Милана. С этого момента Бертье будет постоянно преследовать Бернадота своими придирками и пытаться ставить генерала в невыгодное положение, не гнушаясь никакими уловками. Например, он будет не раз отправлять ему из штаба приказы в тот момент, когда они должны были уже быть давно выполнены.