Но вот беда: через четыре года Брежнев вдруг вышел из моды. И храбрая дочь величайшего гения тут же потеряла эти красивые слова, которые совсем недавно были такими правильными, такими верными и актуальными. Что поделаешь? Они еще вчера были созвучными времени, а сейчас требуется другое. Конъюнктура иная. Более правдивая правда о войне нужна.
Существует достаточно свидетельств, что с августа 1939 года генералы и офицеры Генерального штаба Красной Армии работали по 15–16 часов в сутки без выходных и праздников, часто оставаясь на ночь в своих кабинетах. У кого был большой кабинет, тот мог отдыхать на диване. Офицерам рангом пониже рекомендовалось три варианта отдыха:
1. сидя на стуле и положа голову на стол;
2. лежа на столе;
3. лежа под столом.
Ближе к войне работа для всего состава Генерального штаба стала практически непрерывной, круглосуточной. Свидетельствует генерал-полковник Л. М. Сандалов:
Иван Васильевич Смородинов был назначен на этот пост с должности заместителя начальника Генерального штаба. Работал он, как мне рассказывали, не менее двадцати часов в сутки (Сандалов Л. М. На московском направлении. М.: Наука, 1970. С. 42).
Об этом говорит и сам Жуков:
Руководящий состав Наркомата и Генштаба, особенно маршал С. К. Тимошенко, в то время работали по 18–19 часов в сутки (Жуков Г. К. Воспоминания и размышления. М.: АПН, 1969. С. 241).
Другими словами, еще до германского нападения Генеральный штаб РККА работал в режиме военного времени. Работать еще интенсивнее просто невозможно. В ходе войны рабочий ритм оставался таким же. Интересно, что и после войны до самой смерти Сталина работа Генерального штаба была столь же напряженной.
А пленумы Центрального Комитета Коммунистической партии собирались от случая к случаю. По уставу пленум должен собираться не реже одного раза в три месяца. Но буйно цвели, так сказать, неуставные отношения: пленумы собирали и через четыре месяца, и через шесть, а то и вообще раз в год.
На Восьмом съезде было установлено, что в течение всего 1918 года, с момента переселения правительства в Москву и до съезда Советов в декабре, не было ни одного собрания ЦК партии, и все решения за ЦК принимали вдвоем Ленин и Свердлов (Николаевский Б. И. Тайные страницы истории. С. 134).
Красная Армия была создана в 1918 году. Жуков пишет, что мозгом Красной Армии с первых дней ее существования является ЦК. Но сами коммунисты на своем съезде установили, что ЦК в том году никаких вопросов не обсуждал, никаких решений не принимал, и даже ни разу не собирался. И это – в самый драматический период борьбы коммунистов за власть над огромной страной.
И во время советско-германской войны роль ЦК была точно такой же. На время войны Центральный Комитет вообще самоустранился и затих. Как у нас говорят: не высовывался.
Последний предвоенный пленум ЦК – 21 февраля 1941 года.
Первый послевоенный – 18 марта 1946 года.
Между этими датами на протяжении всей войны пленумы Центрального Комитета Коммунистической партии не собирались НИ РАЗУ.
Звания члена ЦК и члена Политбюро сохранялось. Но это было нечто вроде титула: член ЦК – что-то вроде графа, кандидат в члены ЦК – виконт, а член Политбюро не иначе – великий князь. Обладание таким титулом означало, что носитель его приближен к самым вершинам и обличен доверием вождя. Но ничего более.
С 1947 по 1952 год более пяти лет снова не было ни одного пленума Центрального Комитета. Кто же думал за нашу безмозглую армию все эти годы?
Содержание всех пленумов ЦК – выяснение отношений. Центральный вопрос – кадровый. Лучше всего содержание пленумов ЦК определить воровскими терминами: толковище, сходняк, разборка.
Никаких военных вопросов на тех пленумах не обсуждали. Но не следует думать, что если не проводилось пленумов, то не было и кровавых разборок. Они были, только в другом оформлении.
За время войны Центральный Комитет Коммунистической партии не проявил себя ничем, не обсудил ни одного вопроса, не принял ни одного решения. Никто об этой лавочке и не вспоминал. На войне без Центрального Комитета обошлись. С 23 июня 1941 года коммунизм в советских газетах не упоминается. «
