Означало это только одно — нужны убедительные аргументы. И тут действовать предстояло тонко и ничего не упустить. А главное, дело было такой секретности и важности, что доверить это Родхар его мог только узкому кругу лиц. Ему нужно было срочно возвращаться в столицу.
К обеду король завершил дела здесь, назначил выезд и не дожидаясь гостей ускакал первым. Но прежде отправил нарочного с секретным поручением в Хантц.
Весь день Мара провела в дороге.
Этот внезапный отъезд. Все завертелось так мгновенно, так неожиданно и странно. События, люди, интриги и заговоры. Она была далека от всего этого, как оно могло с ней происходить? Поверить было невозможно. А в голове пустота и звон.
Когда только выехали, Мара почти ничего не замечала вокруг себя, а перед глазами виделось только лицо Родхара.
«Жди меня. Я постараюсь управиться как можно быстрее».
Жди меня.
Жди.
Господи, как изменилась ее жизнь… Сейчас Родхар Айслинг занимал ее всю.
Мару вывезли из Лендрио затемно, а до того она не спала ночь. Было… столько всего. Но сейчас она помнила только объятия и кровь у него на рукаве. Как он, интересно?
«Жди меня».
Хотелось повернуть обратно. Закрыть его собой. Наверное, она непроходимая дура.
За окном понемногу рассвело, наступило утро. Гнали быстро, и к тому времени, когда солнце поднялось над горизонтом, они уже въехали в Даршантц. Мара сбилась со счета, сколько раз она его проезжала за последнее время. Кажется три, нет, четыре. Говорят, обратная дорога всегда кажется короче? Ей так не казалось, но ехали они действительно быстро, быстрее, чем в предыдущие разы.
Городок Даршантц остался позади. Теперь они гнали по главному тракту, и в окно Мара могла видеть сопровождавших ее повозку всадников. Их было шестеро. Серьезные молчаливые мужчины в темной одежде. Она уже знала, что такую одежду носят королевские дознаватели. Не стража.
И это наводило на некоторые мысли. Если бы не перстень, который ей надел на палец Родхар, и если бы не его слова, Мара скорее подумала бы, что при таком сопровождении ее заточат где-то в глуши. А вообще, она ни о чем не могла думать, все было перемешано в душе.
Какое-то время она держалась на возбуждении, потом усталость взяла свое. Повозка неслась по тракту, ее трясло и подбрасывало, но не сильно. В конце концов, Мара приноровилась и заснула.
Просыпалась тяжело, в голове туман. От неудобной позы затекло все, большого труда стоило выпрямиться. Она даже не сразу поняла, что не так. Только потом до нее дошло. Повозка стояла, они никуда не двигались, а снаружи слышались возня и какой-то шум. Стало тревожно.
Мара выглянула в окно, а потом приоткрыла дверцу.
— Что происходит?
Вышло хрипло и совсем тихо. Однако ее услышали. Один из сопровождавших ее мужчин отделился от остальных и немедленно подошел к двери.
— Леди Хантц, вам что-нибудь нужно? — спросил почтительно.
Леди? Вообще-то Мара была дочерью обычного рыцаря, а леди — это титул. Но она сейчас не стала заострять внимание на этом.
— Мы стоим? — спросила, понимая, насколько это глупо, констатировать очевидное.
— Так точно, леди, — мужчина поклонился. — Сейчас перепрягают лошадей, через несколько минут все будет готово и мы тронемся в путь.
— А… — пробормотала Мара, прикрывая рол ладонью.
Ее смущала эта подчеркнутая вежливость. А мужчина проводил ее жест взглядом и проговорил:
— Если хотите, можете выйти размять ноги, но… — он замялся и оглянулся назад.
— Нет, спасибо, — сказала Мара.
Видимое облегчение обозначилось на его лице, мужчина отошел, и скоро они действительно тронулись. Оглядевшись вокруг, Мара узнала место. Получалось, что они уже свернули с тракта, но теперь дорога будет только хуже.
Дорога действительно была ужасна. Они тряслись и тряслись, и только когда свечерело, добрались до Хантца. А там уже вскоре показались стены ее родительского замка. И чем ближе подъезжали, тем сильнее у нее билось сердце.
Вот наконец перед ней были ворота. Родной дом.
Мара глубоко вдохнула и на секунду зажмурилась.
Страшно было взглянуть правде в глаза. Что встретит ее дома? Разруха, разорение?
Один из сопровождавших ее всадников подъехал к воротам, чтобы постучать в них рукоятью меча. А Мара решилась-таки открыть глаза и взглянула на крепкие стены своего замка. Стоят. По ним не скажешь, что творится внутри.
Стук раздался еще раз.
Ей было трудно дышать. Почему не открывают? Хиберт… Старый верный слуга, с ним ничего не случилось?! Она уже готова была вылезти и сама бежать к воротам, и послышались шаркающие шаги и недовольный голос:
— Кого еще принесло?!
Голос звучал бодро. Значит, живой и здоровый!
— Хиберт! Это я! — крикнула Мара, чувствуя, как сердце выскакивает.
— Мадхен Мара! Это вы?! Сейчас…
И тут же обрушился на кого-то:
— Не стой столбом! Открывай сейчас же!
Ворота открылись, повозка вместе с сопровождением въехала во двор и остановилась. И Мара наконец увидели причину, почему не открывали так долго.
Во дворе стояли возы с добром. И около возов два стражника.
