— А куда деваются прошлые Иммуны?
— Большинство не выдерживают, теряют одержимых или погибают сами. Некоторые идут на повышение, как я, например, — Легат делает паузу, словно бы собирается с мыслями, но я вижу, как он напрягается и догадываюсь, что он просматривает системные сообщения.
— Итак, дальше, — вдруг резко продолжает он говорить. — Второй этап начинается прямо во время этапа отбора. Атака — это когда определенная категория воинов света, которых про себя мы зовем палачами, получают возможность видеть легионеров и их прогресс. Они пытаются убить как можно больше сильных легионеров и не позволить им получить звание Иммуна.
— Угу, ясно. Это мы проходили.
— Да. Как только все легионеры получают звание Иммун, Атака завершается. Начинается Тьма. Можно сказать, это режим тишины и временного перемирия. Но и тут расслабляться не стоит. Если светлые тебя или твоих одержимых засекут, они попытаются от вас избавиться. Пока вы не войдете в башню, на вас будут охотиться.
— Какую еще башню?
— Не перебивай, все объясню, но по порядку, — резко обрывает меня Легат. — После Тьмы, когда все наши легионеры выполняют свои задачи, наступает другой этап — Чистка. Светоносное войско так же набирает новобранцев, а у нас открывается возможность видеть их. То есть, все наоборот. Мы нападаем, они защищаются.
— Наш ход, понятно, — киваю я, желая поскорее узнать про остальные этапы.
— Затем снова Тьма. А после десятилетнее противостояние. Это время скрытой войны. Но не такой, как ты можешь подумать. Наша цель не перебить друг друга, наша цель отстоять интересы мироустройства и порядка в этом мире, к которому стремится Император.
— И что это за интересы?
— Он их не озвучивает. Можно только самим догадываться, — кажется, в голосе Легата звучит обида. — Иногда ты и сам понимаешь, что нужно Императору, а иногда совсем нет. Одно точно могу сказать — тебя эти решения не разочаруют. Император выбирает легионеров под те задачи, которые он ставит. То есть, твой характер, твои жизненные принципы и мышление полностью соответствуют поставленным задачам.
— Погоди, я правильно понял? Во время этапа зачистки мне так же предстоит убивать подопечных светлых? Не уверен, что я смогу безжалостно убивать детей, женщин, да и вообще простых людей только за то, что их угораздило стать носителями светляков.
— Ты Иммун, — кривится Легат. — Ты не занимаешься грязной работой, чистка — задача центурионов, они подходят на эту роль. А ты со своими моральными принципами подходишь исключительно для роли Иммуна. Ясно?
Я облегченно выдыхаю и киваю. Нет, честно, сразу на душе становится как-то легче.
— Значит, дальше по поводу задач, — продолжает Легат. — Все указывает на то, что сейчас мы пытаемся избавить мир от системы рейтингов. А воинство света наоборот. Оно желает усовершенствовать социальную систему, возвести такой порядок мироустройства до абсолюта. Строгие правила, ограничения, воздержание от соблазнов, а по сути страдания — это главные принципы воинства света. Они считают, что человечество может стать лучше только благодаря превозмоганиям, усердию, труду. Но если честно, это лишения и горе. Никаких абортов, никакого секса до свадьбы, большинство развлечений — тоже зло, лгать — плохо, желать денег плохо, отдыхать — плохо, а в другие дни наоборот — обязательно, вкусно поесть и то считается зазорным. Нам такие принципы чужды. Мы за свободу и счастье, за самовыражение и удовольствия.
— Так, погоди. Я все правильно понял? Ты мне только что смертные грехи перечислил? А мы за что? За разврат, обжорство, жадность, гнев и прочее? Мы типа за грехи?
— Вздор! — возмущается Легат и поворачивает ко мне разъяренный взгляд: — Если ты пытаешься приплести сюда человеческую религию, то это очень плохая идея. Выкинь сразу же эту чушь из головы! Понятно?
Я настороженно киваю. Ничего себе как его взбесил вполне невинный вопрос. Решаю пока оставить эту тему, и спросить о чем-то другом:
— Тогда еще один вопрос. Почему я?
— Император выбрал тебя, дал тебе второй шанс, ты должен быть рад, — резко успокаивается Легат. — Там в своём мире ты умер, взамен ты будешь служить легиону и Императору. Все просто, не стоит пытаться найти в этом какой-то скрытый смысл.
— А Император — кто он? Дьявол? Сатана? Люцифер?
— Как же все банально, каждый раз выслушаю от новичков одно и то же, — раздраженно тянет Легат. — Сплошные стереотипы и каша в голове. Нет, Император — это не то, что ты думаешь. Он — сверхразум. Бог, если тебе угодно. Но далеко не в том понимании, как ты можешь его себе представить.
— То есть Система — это и есть Император? — спрашиваю я, хотя уже и так давно догадался.
— Именно, — улыбается Легат.
— Значит, он неживое существо? Что-то вроде искусственного интеллекта?
Легат поворачивается и окидывает меня негодующим взглядом:
— Живое, еще какое живое, но не существо, — он кривится и добавляет: — Не пытайся понять своим жалким умишком то, что за гранью твоего понимания.
