Он смеётся секунду, прежде чем его лицо вытягивается, когда Пайпер стонет от боли, находясь в другой комнате. Он становится серьёзным и уходит к ней. Я перекидываю сумку через плечо и иду к машине. Всё, о чем я позволяю себе думать, это Пайпер. Она нуждается во мне. Как только она успокоится, и я удостоверюсь, что ей не нужна медицинская помощь, то смогу попытаться вспомнить, когда у меня последний раз были месячные.
***
Когда мы добираемся до моего дома, я помогаю Пайпер привести себя в порядок. Кроме глаза и губы, у неё не было никаких других травм, но она отчаянно нуждалась в душе. По крайней мере, она уверяла меня, что нет других травм. Уайлдер не уходил из коридора перед гостевой ванной до тех пор, пока я не подвела её к своей кровати и не уложила. Он был рядом с ней, когда я отошла, один палец скользнул по её брови над опухшим глазом, не касаясь раны. Она позволила ему, её глаза закрылись, и я вдруг почувствовала, что наблюдаю за чем-то, что не должна была видеть.
Он отошёл, но не вышел из комнаты. С тех пор, как Пайпер перестала возражать, чтобы он уходил, я решила проигнорировать его и села на край кровати, чтобы спросить, что случилось. После ссоры с Мэттом, в результате которой Пайп пострадала, она три дня лежала в постели одна и выходила только для того, чтобы воспользоваться туалетом и попытаться поесть. Она держала себя в руках, но я не собиралась настаивать на большем. А именно, узнать, где, чёрт возьми, был Мэтт. Она была в безопасности. Вот что имело значение.
Когда я вышла из комнаты, Уайлдер последовал за мной. В ту же секунду, когда я закрыла дверь, он тихо двинулся вперёд, как человек, выполняющий важную миссию.
И с тех пор он не останавливался.
Он вытащил из машины вещи, которые я упаковала, и перенёс их в одну из гостевых комнат. Он даже вернулся в её дом и загрузил в машину все оставшиеся вещи из её шкафа, которые я не смогла забрать в первый раз. Я попыталась скрыть шок, когда он уехал во второй раз. Впрочем, это длилось недолго. Большая куча в середине моей гостевой комнаты, которую он создал, только росла, когда он продолжал возвращаться с новыми вещами. Когда он затащил огромный телевизор, который висел у неё в гостиной на стене, я решила даже не выяснять, что творилось у него в голове. Очевидно, что-то им двигало. Хотя я почти уверена, то, что они успешно игнорировали в течение нескольких месяцев, больше не останется незамеченным. Я вышла из гостевой комнаты и позволила ему делать то, что ему было нужно. Если он хочет продолжать ездить туда пока не заберёт всё, кроме кухонной раковины, я его останавливать не буду. Втайне я надеялась, что Мэтт попадётся ему на глаза, пока он там, и Уайлдер сможет преподать ему урок.
— Думаю, теперь здесь всё, что важно... и даже больше, — говорю я ему спустя три часа, когда он вышел из гостевой комнаты и не выскочил из дома.
Пять поездок. Видимо, это всё, что ему было нужно.
— Теперь у неё одной заботой меньше.
— Я не уверена, что ей понадобятся полки из книжного шкафа без самого книжного шкафа.
— Шкаф не поместился, вместо него я привёз полки.
Господи, чего бы я только не сделала, чтобы увидеть, в каком состоянии он оставил этот дом.
— Спасибо, Уайлдер. Ты не должен был делать всё это, но это многое значит для меня. Я знаю, что для неё это тоже будет много значить, даже если ей понадобится твоя помощь, чтобы узнать, что делать с полками без шкафа.
Он отрицательно качает головой.
— Она в порядке?
— Будет. Пайпер не одна, и она сильнее, чем думает. Она в безопасности, и это главное.
— Хорошо. Это хорошо.
Его голос натянут, а лицо напряжено, но я не лезу к нему. Я не хочу совать нос в чужие дела, когда ощущаю, что ему самому нужно разобраться в своих чувствах.
— Может, я позвоню Торну, а потом закажу нам что-нибудь поесть?
Он окидывает взглядом коридор и мою спальню, прежде чем снова посмотреть на меня.
— Да, звучит неплохо. Я уверен, что он захочет, чтобы я остался здесь, пока сам не приедет.
Я не говорю, что он вполне может уехать. Тем более, я почти уверена, Уайлдер сказал это, чтобы оправдать своё присутствие здесь.
Боже, какой сумасшедший день.
Мне нужны ещё вешалки.
Гораздо больше вешалок.
Я отступаю и сдуваю прядь волос со своих глаз. Последнее платье, которое я повесила, слегка покачивается на металлической вешалке. Рядом с ним ещё штук двадцать из той же цветовой гаммы. У меня осталось ещё около половины вещей, которые нужно перевезти к Торну, но те, что теперь заполняют пустое пространство, которое было здесь раньше, шокируют меня. Здесь больше нет моря серого и черного. Нет. Только не с моим ярким гардеробом.
Туфли, всё ещё стоящие рядом с его туфлями, заставляют меня улыбаться каждый раз, когда я на них смотрю. На полках рядом с моей одеждой полно места для моей обуви, но, если он не возражает, я оставлю кое-что из своей коллекции прямо здесь на некоторое время. По крайней мере, до тех пор, пока это не перестанет вызывать у меня бабочек при виде этой картины.
