Беседа с интересным человеком полностью

Помните строки известного поэта «…и на обломках самовластья напишут наши имена…» и ещё эти, оказавшиеся пророческими: «Самовластительный злодей! Тебя, твой трон я ненавижу, твою погибель, смерть детей, с жестокой радостию вижу»?

Нет никакого сомнения, что и «самодержавие», и «самовластие», и «самоуправство» это плохие слова. По крайней мере, «плохие» в тех случаях, когда речь идёт о подданных, не желающих быть таковыми.

А вот импортное слово «суверенитет» позиционируется как «хорошее» слово. И поэтому современный холоп не просто доволен тем, что его угнетает суверенное государство, но ещё и гордится суверенитетом своего т.н. «отечества». А с чего бы слову «суверенитет» быть «хорошим»? Чем это, интересно, импортный «суверенитет» лучше «самовластья», «самодержавия» или «самоуправства»? И чем это, интересно, суверенное, хотя с виду и безликое, государство лучше описанного выше самовластительного злодея?

Вернёмся к современным государствам, которые до недавнего времени управлялись живыми монархами, чаще всего абсолютными.

В случае монархии суверенитет, разумеется, принадлежит только одному человеку – главе государства, который, собственно, и есть «суверен». Он же «хозяин» и «государства», и всего, что в нём находится, ходит, скачет, плавает, или летает. Припомним, что глава государства называется «государем», либо «державы» – «самодержцем», если вы предпочитаете второе определение. Никаким т.н. «гражданам» этого государства никакого суверенитета не принадлежит, потому, что они вовсе не «граждане», а самые натуральные холопы – т.е. собственность суверена. Для тех, кто позабыл, напомню, что Николай Второй являлся хозяином. И всеми остальными он володел по праву хозяина.

И поэтому гордиться тем, что Российское (или любое иное) государство обладает суверенитетом (он же «самодержавие», оно же «самовластие», оно же «самоуправство»), может только типичный холоп. Ни боярин, ни вор, ни казак, ни цыган, ни чеченец этим гордиться не может никак. Потому, что присвоив себе суверенитет, государство отобрало этот самый суверенитет у человека. Суверен – это тот, кто владеет землёй и рабами на этой земле. Коль скоро какой-то двуногий не есть суверен, то есть лишён прав суверена – значит, он есть раб. Против логики, как говорится, не попрёшь.

Читать полностью  ответ на вопрос о Суверенитете

Теперь, наконец, мы можем рассмотреть процесс создания современных «суверенных государств» или «государств, принадлежащих всему народу» в исторической перспективе. Заодно, в процессе рассмотрения, у вас будет возможность припомнить и то, что государство – это в любом случае инструмент угнетения. То есть припомнить то, чему учили на уроках обществоведения в обязательной средней школе при социализме. Если вы не возражаете, конечно.

И не думаю возражать. Чем дальше, тем интереснее становится беседа. Давайте продолжим.

Следует всегда помнить, что борьба с бывшими царями-королями, короны которых были ненавистны людям (как в той песне – «Варшавянке», помните? «нам ненавистны тиранов короны, цепи народа-страдальца мы чтим, кровью народной залитые троны кровью мы наших врагов обагрим») на протяжении 16-19го веков проходила под лозунгом «долой самодержавие!». В том смысле, что самодержавие должно принадлежать каждому главе семьи, а вовсе не т.н. «всенародному государству». Те, кто совершал все эти русские и французские революции, вовсе не собирались заменить суверенного царя или короля на так называемого «президента», который продолжит угнетать подданных, используя то же самое суверенное государство, которое он унаследовал от бывшего монарха.

Они собирались разрушить само государство и вернуться к до-государственному строю – примерно тому же, при котором до сих пор живут пуштуны и пытаются жить чеченцы. То есть к строю, при котором никто не будет указывать суверенному мужу, сколько именно жён и наложниц тому иметь, и никто не будет советь нос в его внутрисемейные дела – ну, например, проверять нарезные у него во дворе пушки или гладкоствольные. Те из читателей, кто постарше, обязательно припомнят то, что по взглядам большевиков при переходе от социализма к коммунизму государство должно было отмереть и замениться безгосударственным общественным строем. Большевики даже и не скрывали того, что и государство, и мент есть инструменты угнетения, и прямо этому и учили детей в школах.