Произвол местных китайских властей продолжался. Даотай запретил Николаю Константиновичу писать картину старого дома. Ночью, взяв в руку Камень, Елена Ивановна начала повторять:
– Не тронь! Дай докончить изображение.
И тут же Владыка скрепил ее посылку своим четким и грозным:
– Не тронь!
Позже он пояснил:
– Мудро Урусвати посылала слово: «Не тронь!» Именно эта древняя заградительная формула заключает в себе наименьший обратный удар.
На вопрос: «Когда трогаться дальше?» – Владыка ответил:
– Когда кончите картины. Необходимо улучшить их качество. Нельзя ли посочнее? Не надо жалеть красок. У изображения надо мудро показать силу света. После окончания картин можно собираться в путь.
– Какую линию взять с местными властями?
– Линию незаслуженной обиды.
Во всех противодействиях видна была рука Врага. Его присутствие иногда можно было почувствовать совсем рядом. Когда возникали приступы страха, Елена Ивановна для отражения воздействий повторяла азбуку.
– Ваша готовность к подвигу приводит его в бешенство, – сказал Владыка. – Лучше окружать себя кольцом молнии.
Елена Ивановна начала окружать молнией Николая Константиновича, Юрия и себя. Стало значительно спокойнее.
В конце декабря начали готовиться к отъезду. Тревоги стало меньше, но сильно возросла усталость.
По ночам у Елены Ивановны продолжались сильные вибрации, сопровождавшиеся иногда болевыми ощущениями, холодом в спине и усилением сердечной деятельности. Новым для нее было видение грануляции золотого света.
– Что за странную грануляцию видела я? – спросила она.
– Кристаллизацию от ускорения тока, – ответил Владыка. – Этим усиливаем на долгий путь.
В начале января 1926 года, когда вещи были собраны и верблюды стояли готовыми к отходу, начались новые проблемы. Даотай предложил либо вернуться в Индию, хотя один из перевалов был до лета закрыт льдом, либо идти дальше через пустыню.
– Конечно, гибель приготовлена на пути по пустыне, – предупредил Владыка. – Дорога сейчас – на Кашгар. Вред обратим на пользу. Советую эти дни провести как можно спокойнее.
Интересные сны продолжались. Одним из них был спиральный полет в пространство. Елена Ивановна подымалась на воздух, держа в руках вращающийся диск. Вскоре она увидела перед собой светящийся шар. Приблизившись, она разглядела огромную светло-зеленую поверхность и сооружения на ней в виде геометрических фигур.
– Чтобы развить вращение, непременно нужно иметь род пропеллера, – пояснил Владыка. – Урусвати видела поверхность Венеры. Я руководил полетом, но нужно щадить силы. Каждую ночь летать нельзя. Такие полеты сказываются на нервах ног и солнечном сплетении.
В другом сне Елена Ивановна в совершенно темном помещении охраняла тусклую искру огня. Высокая черная фигура, закрыв последний проблеск света, попыталась оттолкнуть ее в сторону. Она зашаталась, но не сдвинулась с места.
– Светотушители, – сказал Владыка. – Особые слуги темных сил, которые занимаются тушением огней в Астрале.
21 января Елена Ивановна ощутила сильную вибрацию и прикосновение к голове. Ей казалось будто на ее голову надели шапку.
– Приготовление к пути, – пояснил Владыка. – Покрытие центров чистой оболочкой нашего луча. Это предохранит центры от болезненных сокращений и не даст застудить позвоночник.
28 января 1926 года караван покинул Хотан. С собой везли коробочку из слоновой кости времен Акбара, наполненную землей с «Бурхан Булата». На ее дне было написано по-тибетски: «Махатмы на могилу русского Махатмы». А устно надо было передать, что земля взята с того места, где ступал Будда, думая об Общине Мира.
– Ты всегда можешь утверждать о таких моих воплощениях, как Будда, Христос и Майтрейя.
– Значит, я воплощалась Яшодхарой?
– Ты была также рано умершей матерью Будды. Будда был тебе сыном, мужем и наставником.
– Почему он ушел из дома тайком?
– Я опасался, что не выдержу при виде отчаяния и слез жены и откажусь от своего решения. Но деспотизм моего отца с годами стал нестерпимым. Я уже не мог сносить невежественное безумие его в правлении страной.
– Но разве Яшодхара не могла уйти с Буддой вместе?
– Я надеялся на это, но она испугалась за сына. Рахула родился не в начале нашей совместной жизни, а через семь лет, и был еще мал и слаб.
– Как воспринял уход Будды его отец?
– Он был возмущен и оскорблен. Я просил его о покровительстве и охране моей жены и сына до моего возвращения через семь лет. Но он отказался от меня, лишив наследства, и приказал моей жене покинуть дворец. Яшодхара молча поклонилась ему и немедленно собралась в путь.
– Куда же направилась она с маленьким сыном?
– В мое поместье в горах, оставленное мне матерью. К ней присоединилась Майтри, подруга моего детства.
– Сколько лет прожила Яшодхара после возвращения Будды?
– Не более семи. Ты умерла в три дня от крупозного воспаления легких. Я знал, что ты заболела, но не мог перебраться на другой берег из-за разлива реки. Рахула был в отчаянии, что не мог известить меня вовремя. И я не поспел к твоему сожжению.
– Что случилось потом?
