Двигаясь в пространстве и во времени, мы оказались в Сибири 1922 года. Вот как описывает Вивиан Итин, автор первой советской утопии «Страна Гонгури», сад будущего: «Гипертрофированные розовые кусты, странные декоративные растения, пальмы и бананы с листьями-гигантами, аллеи, вымощенные плитами темного топаза, удивительные фонтаны, каскады хрустальной горной воды, открытые солнечные поляны…» Темным топазом, раухтопазом («раух» — дым) в Сибири и на Урале называли дымчатый кварц. Минерал окрашен в бурый цвет различной интенсивности до темно-бурого и коричневого.
Ну вот, мы добрались до 1930 года, когда В. В. Маяковский изобрел советскую машину времени. Она состоит из планок платины и хрусталя, из лучевых сплетений. Принцип действия заключается в том, что хрустальными линейками отмеряется куб необходимого пространства. Затем этот объем отсекается от всех тяжестей (то есть гравитации) с помощью странноватого рычажка. И все. Можно ехать в будущее. Давайте же пересядем в машину времени из драмы «Баня» и перенесемся на некоторое время в Америку, где живет Айзек Азимов. Знаменитый фантаст отличается повышенной оригинальностью мышления. Вот, например: какие свойства драгоценных камней ценят люди? Ну, цвет, твердость, прозрачность, показатель преломления, дисперсию. Может быть, еще плотность, прочность, способность хорошо принимать полировку. Что еще можно придумать?
У Азимова камни… поют: «Он повернул колокольчик, осторожно его придержав. Потом отпустил и слегка ударил по нему широким концом костяной ложки. Казалось, где-то вдали запели миллионы арф. Пение нарастало, затихало и возвращалось снова. Оно возникало словно нигде. Оно звучало в мозгу у слушателей, небывало сладостное, и грустное, и трепетное». Так, в рассказе «Поющий колокольчик» описано драгоценное свойство камня, обнаруженного на Луне. Азимов утверждает, что колокольчики — это всего-навсего затвердевшие под большим давлением полые кусочки пемзы, в которых свободно перекатываются маленькие камешки. К этому надо добавить, что в нашем реальном мире пемзой называют стекловатую вулканическую породу. Она образуется в результате вспучивания и быстрого застывания лавы, сильно насыщенной парами.
Выдающийся советский писатель-фантаст И. А. Ефремов был также палеонтологом и геологом. Минералогические описания он делает профессионально и с захватывающим интересом.
Герои рассказа «Обсерватория Нур-и-Дешт» занимаются археологическими раскопками древней обсерватории. Попутно они охотятся за красивыми камешками в русле азиатской реки. «В прозрачной воде среди черных и серых галек изредка выделялись разноцветные, сглаженные водой кусочки опала и халцедона. Охота за красивыми камнями увлекла нас обоих, и, только когда ноги совсем окоченели, мы вышли на берег и стали греться на теплых камнях, занимаясь разборкой добычи.
— Красные кладите сюда, Таня. Это сердолик — очень ценившийся в древности камень, якобы обладавший целебной силой.
— Красных больше всего. А вот смотрите какая прелесть! — воскликнула девушка. — Это вы нашли? Прозрачный и переливается, как жемчуг.
— Гиалит, самый ценный сорт опала. Можете сделать из него брошку.
— Я не люблю брошек, колец, серег — ничего, кроме браслетов. Но если вы подарите мне его просто так… спасибо… А зачем вы взяли эти три камня — мутные, нехорошие?
— Что вы, Таня! Разве можно так порочить самую лучшую мою находку. Смотрите. — И я погрузил невзрачную белую гальку в воду. Камень сделался прозрачным и заиграл голубоватыми переливами.
— Как красиво! — изумилась девушка.
— Ага, некрасивый камень оказался волшебным! Это гидрофан, иначе называемый „око мира“. Он сильно пористый и поэтому в сухом состоянии непрозрачен. Как только поры заполняются водой, он делается прозрачным и очень красивым. Это все разновидности кварца; их еще много сортов различных оттенков, ценности…»
Добавим, что «гиалос» по-гречески означает стекло, а слово «гидрофан» состоит из «гидрос» — вода и «фанерос» — видимый, явный. Древние греки были весьма точны в названиях минералов…
«Старый слуга в новой ливрее раньше, чем она вернулась, принес бутылку вина и два бокала тонкого хрусталя. Затем появилась и баронесса, странно бледная, покусывающая губу, неся для чего-то песочные часы и при виде Ферма превратясь в светскую даму:
— Вот перстень, милый метр. Он достался мне в наследство от матери. В нем — волшебная сила, способная выполнить заветные желания, и мое и ваше, если мы поочередно опустим перстень в свои бокалы и осушим их. Согласны?
— С моей стороны было бы верхом неучтивости не согласиться с вами, баронесса».
Герой выпил свой бокал и, конечно, умер. Перстень принадлежал «серому кардиналу» Мазарини и был отравлен. Средневековые интриганы всегда поступали так, как это описано в научно-фантастическом романе А. П. Казанцева «Острее шпаги».
