— Как же могло случиться, что в XIX и XX веках, несмотря на обязательную вакцинацию, от оспы продолжали умирать десятки тысяч людей?
— В разных странах разные порядки, а к своему здоровью люди всегда относились спустя рукава.
— Но ведь закон есть закон!
— К сожалению, порой законы можно толковать по-разному, что особенно любили делать англичане. Законодательство многих стран, в том числе английское, давало возможность избежать вакцинации, так как некоторым лицам предоставлялось право не предъявлять документов о прививках или вообще не проходить вакцинации, если «не велит совесть».
Несмотря на успешное проведение вакцинации во многих странах Европы, первоначальные надежды на то, что вакцина создаст пожизненный иммунитет против оспы, как это делала болезнь, не оправдались. Во время последующих эпидемий иногда заболевали люди, которые наверняка вакцинировались раньше, так как у них сохранились следы от прививки оспенной вакцины. Правда, эти люди крайне редко умирали, да и болели они легко. Однако это настораживало и позволяло думать, что после прививки иммунитет гораздо слабее, чем после натуральной оспы.
Длительные исследования в разных странах показали, что необходимы регулярные повторные прививки. Кроме того, выяснилось, что вирус коровьей оспы, который в то время перевивали от одного человека к другому, в ходе таких пассажей постепенно ослабевает. Это позволило прийти к правильному выводу, что все прививки нужно проводить свежеполученным материалом из коров. Последующие эпидемии, особенно в Англии, ни родине Дженнера, показали, что для успешной борьбы с оспой в масштабах целого государства необходим гораздо более широкий охват прививками, чем это деялось раньше.
Как это ни парадоксально, но в Англии, где была создана вакцина, закон о добровольной вакцинации был принят позже других государств: только в 1841 году.
Смертность от оспы уменьшилась, но потребовалась еще одна большая эпидемия 1851—1852 годов, унесшая более 12 тысяч жизней и показавшая, что привитые погибали в 10 раз реже, чтобы в 1853 году был обнародован закон об обязательной вакцинации всех новорожденных против оспы. Родителей, отказавшихся дать свое дитя для вакцинации, подвергали штрафу в 20 шиллингов.
Негласная борьба между инфекцией и правительственными распоряжениями длилась с переменным успехом еще несколько десятилетий. Вот несколько характерных примеров того времени. Во время франко-прусской войны 1870 года французская армия оказалась не вакцинированной против оспы, и 23400 солдат погибли от этой инфекции. В прусской же армии, получившей защитную вакцинацию против оспы, умерло всего 278 человек, то есть в 80 раз меньше. С 1870 по 1880 год в одном только Лондоне было зарегистрировано 33 тысячи больных оспой, из них умерло 15 539.
С 1875 по 1894 год в Австрии от оспы погибло 239 800 человек, что почти в 30 раз превышало смертность от этой болезни в соседней Германии и Франции, где прививка против оспы стала обязательной для всех детей. Это заставило австрийского короля издать закон об обязательной противооспенной вакцинации. Уже в начале XX века в Англии смертность от оспы среди непривитых доходила до 30—57 процентов от общего числа заболевших, тогда как среди вакцинированных погибло в 5—10 раз меньше. И несмотря на это, находилось много людей, не желавших вакцинироваться.
Даже в конце XIX века во многих европейских странах отмечалось определенное противодействие вакцинации против оспы со стороны церкви. Кроме того, весьма важной причиной стойкости оспы было отсутствие какого-либо государственного контроля за качеством используемой вакцины.
Противники вакцины выступали с тех позиций, что противооспенная вакцинация не только не защищает всех привитых, но и способствует передаче ряда других заболеваний: различных гнойных осложнений, туберкулеза, сифилиса, проказы и даже рака. Часть этих обвинений была правильна, поскольку в то время вакцину нередко готовили путем переноса материала от одного привитого к другому. Естественно, что в этих условиях любая кожная инфекция могла передаваться с вакциной от одного человека к другому.
