Беседы о вирусах полностью

На этом работа активистов ВОЗ не прекратилась. В ходе двухлетних наблюдений было получено безуслов­ное подтверждение того, что ни одного очага оспенной инфекции на Азиатском материке не осталось.

— Почему нужно ждать два года? Почему нельзя было провозгласить победу над оспой на Азиатском материке через шесть месяцев или хотя бы через год после изоляции последнего больного?

— Этот срок не был взят с потолка. Его «вычисли­ли» на основе опыта, полученного в странах, где оспа была полностью ликвидирована.

— Нужно ли отменять обязательную вакцинацию, когда оспа исчезнет, и как быть с вирусами, храня­щимися в лабораториях?

— Если по первому вопросу мнения в разных стра­нах расходятся, то по второму мнение единодушное: ви­русы нужно уничтожить везде, где возможно, а там, где они будут оставлены, их следует хранить и охра­нять как зеницу ока.

Каждое государство, освободившееся от оспы, долж­но доказать, что на его территории действительно не осталось больше ни одного больного человека, ни одно­го возможного источника инфекции.

В Индонезии, Бразилии, Нигерии, где ВОЗ провоз­гласила ликвидацию оспы, между последним и предпо­следним случаем прошло от 10 до 34 недель. Более дли­тельного интервала никогда еще не наблюдали. Поэто­му для полной гарантии ВОЗ принял срок в два го­да. Он более чем в три раза превышает самый длин­ный из зарегистрированных периодов. Значит, если в те­чение двух лет не будет ни одного заболевания оспой, страну можно признать свободной от этой болезни.

В 1973 году первая Международная комиссия по ликвидации оспы собралась в Южной Америке, так как с момента последнего случая оспы в Бразилии прошло два года. После тщательного изучения всех материалов на местах Американский континент был объявлен тог­да свободным от оспы. Аналогичные комиссии ВОЗ со­бирались еще десять раз и выдали сертификат о ликви­дации оспы еще в 42 странах (24 — в Африке, 10 — в Южной Америке, 6 — в Азии и 2 — в Восточном Среди­земноморье). В 1977 году специальная комиссия ВОЗ объявила о том, что Азиатский материк свободен от оспы.

Это была необычайная победа, поскольку Азия всег­да считалась рассадником оспы. В течение двух послед­них лет центральные лаборатории ВОЗ получали много сообщений о случаях оспы. Специальные группы выез­жали в эти районы, где каждый подозрительный боль­ной подвергался немедленному обследованию. К сча­стью, речь шла либо о ветряной оспе, либо о кори, ли­бо о чесотке. Ни одного случая истинной оспы за два года обнаружено не было.

В декабре 1977 года X. Малер, генеральный секре­тарь ВОЗ, вручил президенту Бангладеш сертификат о смерти «черной оспы» на Земле. Ведь именно эта форма оспы была самой страшной, так как даже в нашем веке она убивала более 40 процентов заболевших. Аф­риканская форма оспы была намного легче, она вызы­вала смерть у одного из 100 заболевших.

Уже в 1976 году оспенные заболевания наблюдались лишь в Эфиопии, Кении и Сомали. Причем именно Эфиопия стала последним резервуаром оспы. Оттуда в августе 1976 года инфекция была занесена в Сомали, где возникло более тысячи заболеваний.

В декабре 1976 года, когда программа ликвидации оспы в Африке, проводимая силами ВОЗ, была почти закончена, молодой человек приехал из Сомали в Ке­нию, чтобы посетить свою мать. Уже в день приезда на коже молодого африканца появилась красная сыпь, которая привлекла внимание его близких и знакомых. Произошло это 26 декабря. Вскоре об этом случае ста­ло известно медицинскому персоналу группы ВОЗ по борьбе с оспой в Кении.

29 декабря работники ВОЗ прибыли в поселок Лед­ки, где жили мать и родственники заболевшего юноши. По правде говоря, это был даже не поселок, а просто место, где временно останавливались кочевники, пре­рывая свои бесконечные странствия по пустыне. Здесь, на границе двух государств — Кении и Эфиопии, было легко покупать необходимые кочевникам товары.

Работники бригады ВОЗ попытались разыскать мо­лодого человека, однако он успел исчезнуть. И в Кении и в Сомали началась самая настоящая охота за этим человеком. К розыску подключились отряды жандарме­рии и воинские подразделения. Однако найти его не удалось.

Дальнейшие события подтвердили самые худшие предположения: у юноши была натуральная оспа. Так болезнь снова попала в Кению, где уже более двух лет не было оспы.