– Хорошо. Там со стороны шоссе наши открыли технологический проезд, увидишь ворота, туда и заныривай. Сейчас идёт погрузка людей и техники, оказалось всё гораздо быстрее, чем мы думали. Через десять минут уже закончим и будем готовы к вылету. Выезжай прямо на взлётную полосу, здесь нет никого, эта часть аэропорта никем не охраняется. Тачку бросай у самолёта и на борт. Ждём тебя.
– Хорошо. Я как раз скоро буду. Дорога пустая, идём быстро, – подтвердил Алекс.
– Принято. Береги себя, – сказал Скотт и отключился.
Автомобиль спустя несколько минут съехал в сторону аэропорта, и впереди показались технические строения и ангары. Затем потянулась многокилометровая стена забора по правую руку. В просвете между зданиями на территории аэропорта, в нескольких сотнях метров от дороги показался огромный серый красавец «Боинг 747-400» с открытым грузовым люком. Возле самолёта стояли несколько машин и маленькие, едва различимые фигурки людей что-то носили из них на борт. Сомнений не было: это самолёт американских ВВС, и он ждёт последнего пассажира.
– Сворачивай в тот карман, там ворота открыты, – распорядился Алекс, но водитель и так понял, куда нужно ехать: ворота были распахнуты настежь, приглашая вовнутрь.
«Наконец-то. Как я устал…» – подумал Шилд, и в ту же секунду почувствовал боковой удар с противоположной стороны. Раздался грохот, звон бьющегося стекла, скрежет металла. Затем взорвалась покрышка. Машину тряхнуло, внедорожник осел на диск и водитель, пытаясь выровнять автомобиль, повёл его вправо, к воротам. Однако машину начало разворачивать. Алекс в первую секунду не понял, что произошло, но когда внедорожник развернуло перпендикулярно движению, он увидел огромную массивную «морду» серебристого пикапа, ранее принадлежавшего штурмовой группе, погибшей на территории механического завода. «Додж» вмял переднюю левую стойку вместе с обеими дверьми и разворотил переднюю часть машины, на которой ехали наёмники. Протащив внедорожник ещё несколько метров, пикап ударил его о бетонный бордюр, и тут же с хлопком разулись ещё два колеса по правому борту. Затем обе машины остановились. Наёмники схватились за оружие, но Алекс уже понял, чем дело кончится. Он открыл переднюю пассажирскую дверь и вывалился наружу. Раздалась стрельба. Судя по громкому звуку, который ни с чем не спутаешь ни в одной точке земного шара, стреляли из АК калибра 5,45. Лёжа на траве, Алекс увидел через открытую дверь, как резко дёрнулась голова водителя машины, после чего боец поник и ткнулся лицом в руль. Машина громко засигналила. Спустя полсекунды Анатолий Боков попытался открыть заднюю правую дверь и выбраться из салона, но его голова взорвалась как переспелый арбуз – в череп попали сразу несколько пуль, разворотив голову и оставив ужасные огромные дыры на месте лица. Тело рухнуло рядом с тем местом, где лежал Шилд, лихорадочно пытавшийся привести пистолет к бою, и из головы начал вытекать развороченный в кашу мозг. Всё случилось за пару секунд. Алекс не видел стрелка, поэтому стрелял вслепую. Поднял «Глок» и произвёл несколько выстрелов прямо через корпус машины. Особо и не надеясь в кого-либо попасть, Шилд просто хотел подавить огнём противника и заставить того спрятаться. В последний момент пришло понимание того, что песенка спета, потому как убежать от автоматчика через взлётную полосу было просто нереально. Но инстинкт самосохранения и надежда на чудо погнали его вперёд. Алекс одним прыжком оказался на ногах и на адреналине побежал так быстро, как не бегал раньше никогда. Но пробежать успел недалеко: позади снова раздалась стрельба, и что-то горячее и острое больно ударило в спину, чуть ниже правой почки. Шилда бросило вперёд на асфальт, и он больно ударился о поверхность аэродрома, к тому же очень сильно ободрал руки и подбородок. Алекс со стоном перевернулся на спину и обнаружил, что на белой футболке спереди стремительно растекается кровавое пятно. Пуля прошла навылет, вырвав на выходе кусок мяса. Скорее всего, была повреждена печень – было очень больно и трудно дышать. В какой-то момент изо рта побежала розовая слюна с привкусом крови. Силы стремительно покидали тело. Шилд надеялся на группу поддержки в самолёте. Насколько это было возможно – запрокинул голову назад, в надежде увидеть бегущих к нему автоматчиков и санитаров, но никого не было. Алекс поднял пистолет, произвёл несколько выстрелов в сторону машин, но он уже не видел, куда стрелял – зрение поплыло. Когда перед лежащим Шилдом появился силуэт человека с автоматом, в котором Алекс узнал Вознесенского – того негодяя, которого он со своими бойцами искал все последние дни – раздался ещё один выстрел. Вспышка со среза ствола и оглушающий грохот тут же отозвались острой болью в предплечье. Стрелок поразил ту руку, в которой был пистолет, лишив Алекса возможности обороняться. Вознесенский подошёл к раненому и наступил ногой на больную руку, затем упёр ещё горячий дульный тормоз автомата Шилду в грудь.
– Где ноутбук? – ледяным тоном спросил Вознесенский.
Алекс промолчал, хватая ртом воздух.
