– А-а, – как будто очнулась она. – Что такое?
– Я и спрашиваю, что такое?
– Этого не может быть… Но… Но я знаю этого парня! Это он… Он насиловал меня тогда в Фергане…
– Сволочь! – разволновался Игнат.
– Еще какая сволочь… Но все это в прошлом. И я не хочу об этом вспоминать…
Трудно вспоминать то, чего никогда не было.
Хотя нет, было. Машу насиловали. И не раз. Но не Женя. И не в Фергане.
Женя ее родной брат. Только матери у них разные. Их общий отец был несусветным кобелем. Жил с женой, имел кучу любовниц. От первой жены у него родилась Маша, от любовницы Женя. Такие вот колобки.
О том, что Женя ее родной брат, она узнала в семнадцать лет. От отца. Она подружилась с братишкой. И через недельку барахталась с ним в одной койке. Это Женя объяснял ей, как он сильно ее любит. Она тоже любила его. Что не мешало ей спать с другими парнями.
От отца ей досталась страстная натура – она обожала секс. И Женя также унаследовал кобелиную прыть. Портил девчонок налево-направо.
В восемнадцать лет Маша уехала из родного Курска в Москву и поступила в иняз. Сдружилась с девочками облегченного поведения и выставилась на панель. Через какое-то время из обычной перешла в разряд супердорогих элитных проституток. И Женя обосновался в столице. Нашел какую-то богатую тетку, которая содержала его. Полгода так жил, пока не выгнали. Горевал он недолго. Маша утешала как могла – а утешать она могла всеми частями тела. Скоро он нашел себе другую тетеньку. И жил с ней целый год. Ну и к родной сестричке не забывал бегать.
А потом Женя сошелся с какой-то подозрительной компашкой. Стал обирать приезжих девчонок. Маша не приветствовала это дело, но и поперек дороги не стояла. Смотрела на все сквозь пальцы. Больших успехов Женя на этом поприще не добился. Уже начал подумывать о том, как снова сесть на шею к какой-нибудь богатой стерве. Но тут подвернулась провинциалка. На ней он разбогател. На ней же он и погорел. Все погорели. Маша в том числе…
Она и сама толком не знала, за что так возненавидела Ладу. Может, за то, что она такая правильная, а Маша – конченая. А может, за то, что за этой цыпой мужики в очередь выстраивались. И не только для того, чтобы трахнуть, а еще чтобы и замуж взять. Самой Маше на богатых женихов не везло. На богатых клиентов везло, а на женихов нет…
Возненавидела она Ладу. Да так люто, что готова была ее убить. И в такую историю впуталась. Хорошо, что выпуталась.
Зато сейчас у нее все хорошо. Хоть и относительно, но все же. А вот Жене по-настоящему подфартило. Стоп! А про какое наследство шел разговор? Откуда он мог получить наследство?
Эту сказку про знатных предков рассказывал ей отец. Мол, дед у него был графом и жил в самом центре Москвы. Вроде как дед эмигрировал в девятнадцатом году в Европу, а оттуда в Канаду. Маша свято во все это верила. Пока не узнала, что зачастую такие истории оказываются байками. Может, и отцу хотелось поднять свой престиж в глазах окружающих. Член у него всегда стоял, а престиж нет.
Отец и сам уехал в Канаду. В девяносто втором. Уже после того, как Маша и Женя обосновались в Москве. Но сначала он побывал у них в гостях. Мало того, показал дом на Арбате, где якобы жил его дед, а их прадед. Женя еще тогда сказал, что он когда-нибудь выкупит хотя бы одну из квартир, на которые был разбит дом.
Через год от отца пришел ответ. Он писал, что разыскал своих родственников по линии своего деда. Вроде неплохо устроился. Но в гости почему-то не приглашал. Скоро Маша забыла об этом письме…
И все же, что за наследство получил Женя? Что это за бабки, если он смог купить квартиру в центре Москвы?
Наверняка это очень большие деньги, если этому событию посвятили целую телепередачу. И в прессе наверняка что-нибудь чиркнули.
Логика Машу не подвела. На следующий день она держала в руках газету «с заметкой про нашего мальчика»… Если верить газете, на Женю свалилось неожиданное богатство. Оказывается, умер их отец, который до этого сам стал наследником огромного состояния. Как оказалось, их с Женей прадедушка не только существовал, но еще и сколачивал капитал в Канаде. По каким-то неведомым причинам его прямые наследники перешли в мир иной, и все миллионы перешли к их с Женей отцу. А от него к самому Жене. Сколько именно миллионов долларов он получил, в газете не писалось. Но Маше хватило бы и одного миллиона.
Ее душила черная злоба. Почему в газете не упоминалось про нее? Она ведь тоже наследница. Она ведь родная дочь своего отца! Неужели он отписал все только Жене? Почему ему?!
Ярость застилала глаза, деревянным молотком лупила по барабанным перепонкам. И все же она увидела Игната, услышала его.
– Что случилось? – спросил он.
– Ты меня любишь? – вопросом на вопрос ответила она.
– Люблю.
– Тогда ты поедешь со мной.
– Куда?
– Я решила отомстить этому негодяю, которого мы вчера видели по телевизору…
Она ожидала, что Игнат будет отговаривать ее, готовилась уговаривать его. Но тот проявил деревенское благородство.
– Ты знаешь, как его найти? – только и спросил он.
– Думаю, что знаю, – кивнула Маша.
