Только после об®яснений Широши он осознал трагическую двусмысленность своего положения: будучи вполне живым и здоровым, официально он погиб на глазах у многих и был торжественно отправлен в последний путь при большом стечении народа. Конечно, Воронов, Богомолов и, наверняка, Джулия, поверят в эту донельзя правдоподобную историю. Но как к ней отнесутся многочисленные бюрократы демократической России? Так или иначе, об®явившись в Москве с "того света", Савелий Говорков создаст своим близким кучу проблем. В противном же случае он оказывался полностью во власти Широши, который все это время внимательно смотрел на него.
- Савелий Кузьмич, я прекрасно понимаю сложность вашего нынешнего положения, и тем более не хочу за-ставлять вас поступать против вашей воли, но, боюсь, сегодня у вас нет иного пути, как согласиться сотрудничать со мной. Надеюсь, вы скоро обнаружите в своем положении немалые плюсы, - обратился к Савелию могущественный хозяин.
- Какие? - перебил его тот.
- Может быть, первый раз в своей жизни вы стали полностью свободным человеком, ни от кого не зависящим - ни от Богомолова и его служебного положения, ни от настроения или душевного состояния семьи или Воронова. У вас полностью развязаны руки...
- ...чтобы выполнять ваши задания? - с недоброй улыбкой закончил Савелий.
- Выходит так, - с удовлетворением согласился Широши. - Но только в том случае, если это задание станет вашим. Иными словами, вы никогда не будете слепым исполнителем приказов, я вижу вас в качестве равноправного союзника и партнера.
- Обещаю всерьез рассмотреть ваше предложение. - Савелий не видел никакой необходимости соглашаться или отказываться: предстояло еще многое выяснить.
- Скажите мне, господин Широши, только честно и откровенно, кто вы такой? Пока я знаю, что вы - разочаровавшийся Посвященный! - Голубые глаза Савелия смотрели пронзительно и немного насмешливо. - Согласитесь, пока у меня маловато информации, чтобы принять ваше предложение.
- Я - человек, действующий по своему разумению и в соответствии со своими убеждениями, - с достоинством ответил Широши.
- Неплохая жизненная позиция, - не без иронии одобрил Бешеный, - но нельзя ли немного подробнее?
- Вы ждете от меня анкетных данных? - с видимым раздражением спросил Широши. - У меня так много биографий, причем, настолько достоверных, что самые серьезные секретные службы, в частности ЦРУ, Моссад и Эм-Ай-5 никаких несоответствий и противоречий в них не обнаружили. А вы-то уж в них обязательно запутаетесь - вы не аналитик, не логистик, а человек действия.
- Признайтесь, вы ведь не японец?
Не слишком раскосые глаза Широши смотрели на Савелия с лукавой усмешкой.
- Конечно, нет. И предвосхищая ваш следующий вопрос, скажу - быть японским бизнесменом престижно, их в мире уважают, а кроме того, я всегда испытывал к Востоку интерес и восхищение. Вот и захотел сыграть эту роль. Помните, я говорил вам, что я актер-неудачник, выступающий перед самой узкой и взыскательной аудиторией - перед самим собой...
- Как же, помню. - Савелий предчувствовал, что Широши снова увильнет от конкретных ответов. - Но скажите все-таки - кто вы, хотя бы по происхождению, - настаивал он, желая добиться пусть самой маленькой определенности от этого неуловимого типа.
- Я как-то уже говорил вам, а вы, наверное, забыли, что во мне есть и русская, и шотландская кровь. Если вам угодно, можете называть меня Малколм или Феликс Андреевич, а можно просто Феликс. - Широши дружелюбно улыбнулся.
- А, может, Феникс? - пошутил Савелий.
- Угадали, - так меня называли в детстве, - на полном серьезе ответил Широши.
- Потому, что вы, как та мифическая птица, всегда возрождались из пепла?
- Не без того. - Широши не подхватил шутку.
Он щелкнул пальцами, сделал какое-то движение, словно рисуя в воздухе окружность, и прошептал что-то с отрешенным взглядом.
Савелий с изумлением увидел, как через секунду по обеим рукам собеседника от кистей вверх побежали ярко-красные огоньки, которые остановились и заплясали на плечах, по три на каждом. Верхушки пламени приобрели какой-то зеленоватый оттенок. Савелий с интересом протянул к ним руку, но тут же отдернул - жар был настоящий, как на газовой плите.
Широши восседал с невозмутимым видом, закрыв глаза. Потом прошептал что-то, и огоньки мгновенно исчезли.
- Ко всем своим достоинствам вы еще и волшебник?! - с иронией, в которой присутствовала изрядная доля какого-то детского восторга и любопытства, воскликнул Савелий.
- Вы непростительно забывчивы, Савелий Кузьмич, говорил же я вам, что много лет проработал в цирке. Я слышал, что теперь в России пошло повальное увлечение всякими магическими штучками и развилось немереное число белых и черных магов. А вы верите в магию?
- Не очень.
