Атрейо принес кувшин свежей ключевой воды. Кентавр стал пить большими глотками, потом отер бороду и сказал немного спокойнее:
— Ах, спасибо, как хорошо! Мне уже лучше. Послушай, Атрейо, ты не обязан принимать это поручение. Девочка Императрица предлагает его тебе. Она не приказывает. Я ей всё объясню, и она найдет другого. Она может просто не знать, что ты — маленький мальчик. Она тебя с кем-то спутала, это единственное объяснение.
— В чём же состоит это поручение? — спросил Атрейо.
— Найти лекарство для Девочки Императрицы, — ответил старый Кентавр, — и спасти Фантазию.
— Разве она больна? — удивился Атрейо.
Цейрон стал рассказывать ему, что случилось с Девочкой Императрицей и что сообщали посланцы со всех концов Фантазии. Атрейо всё задавал вопросы, и Кентавр отвечал на них как мог. Это был долгий ночной разговор. И чем больше Атрейо представлял размер бедствия, обрушившегося на Фантазию, тем яснее на его поначалу столь замкнутом лице проступало выражение растерянности.
— Обо всём этом, — наконец пробормотал он побледневшими губами, — я и не подозревал.
Цейрон серьезно и озабоченно посмотрел на мальчика из-под кустистых белых бровей.
— Теперь ты знаешь, как обстоят дела, и, вероятно, поймешь, почему я потерял самообладание, увидев тебя. И всё же Девочка Императрица назвала твоё имя.
«Иди и найди Атрейо!» — сказала она мне. — «Я возлагаю все мои надежды на него», — сказала она. — «Спроси его, пойдет ли он на Великий Поиск ради меня и Фантазии», — сказала она.
Я не знаю, почему её выбор пал на тебя. Может быть, только такой маленький мальчик, как ты, может решить эту немыслимую задачу. Но я ничего не знаю и не могу тебе ничего посоветовать.
Атрейо сидел, низко опустив голову, и молчал. Он понимал, что тут предстоит испытание гораздо, гораздо более серьезное, чем его охота. Даже самому великому охотнику и лучшему следопыту оно едва ли было под силу, а уж для него это было слишком тяжело.
— Ну, — тихо спросил старый Кентавр. — Ты согласен?
Атрейо поднял голову и посмотрел на него.
— Я согласен, — сказал он твердо.
Цейрон медленно кивнул, снял с себя золотой Амулет на цепочке и надел его на шею Атрейо.
— АУРИН даст тебе большую власть, — сказал он торжественно, — но ты не должен ею пользоваться. Ведь и Девочка Императрица никогда не пользуется своей властью. АУРИН защитит и поведет тебя, но ты не должен ни во что вмешиваться, что бы ни увидел, так как твоё личное мнение с этой минуты ничего не значит. Поэтому ты должен отправиться в путь без оружия. Не мешай свершаться тому, что свершается. Ты должен беспристрастно взирать на добро и зло, на красоту и уродство, на мудрость и глупость, как и Девочка Императрица. Ты можешь только искать и спрашивать, но не судить по своему разумению. Никогда не забывай об этом, Атрейо!
— АУРИН! — почтительно повторил мальчик. — Я хочу оказаться достойным этой Драгоценности. Когда я должен отправляться?
— Немедленно, — ответил Цейрон. — Никто не знает, как долго продлится твой Великий Поиск. Возможно, сейчас важен каждый час. Попрощайся с родителями, братьями и сестрами!
— У меня никого нет, — ответил Атрейо. — Моих родителей убил буйвол вскоре после того, как я появился на свет.
— Кто же тебя вырастил?
— Все женщины и мужчины вместе. Поэтому они назвали меня Атрейо. В переводе на Великий Язык это значит «Сын всех».
Никто не мог бы понять это лучше Бастиана. Хотя отец его и был жив. А вот у Атрейо не было ни отца, ни матери. Зато Атрейо был воспитан всеми мужчинами и женщинами вместе, он был «Сыном всех», тогда как он, Бастиан, на самом деле был ничей — да, по сути он был «Ничьим сыном». И всё же Бастиан был рад, что, пусть хоть в этом, у него нашлось что-то общее с Атрейо, потому что иначе он, к сожалению, совсем бы на него не походил: ни в том, что касается мужества и решимости, ни внешним обликом. Но теперь и он, Бастиан, ступил на тропу Великого Поиска, не зная, куда она его приведет и чем закончится.
— Тогда, — предложил старый Кентавр, — будет лучше, если ты уйдешь, ни с кем не простившись. Я останусь и всё им объясню.
Лицо Атрейо стало ещё тоньше и решительнее.
— Откуда я должен начинать? — спросил он.
— Отовсюду и ниоткуда, — ответил Цейрон. — Отныне ты один, и никто не может давать тебе советы. И так будет до конца Великого Поиска, чем бы он ни закончился.
Атрейо кивнул.
— Прощай, Цейрон!
— Прощай, Атрейо. И — удачи тебе!
Мальчик повернулся, чтобы выйти из палатки, но Кентавр окликнул его.
Когда они оказались лицом к лицу, старик положил мальчику руки на плечи, поглядел ему с улыбкой в глаза и медленно произнёс:
— Мне кажется, я начинаю понимать, почему выбор Девочки Императрицы пал на тебя, Атрейо.
Мальчик чуть наклонил голову, а затем быстро вышел.
Перед палаткой стоял его конь Артакс — в яблоках, коротконогий и малорослый, коренастый, как дикая лошадь; но не было в тех краях коня быстрее его и выносливей. Скакун стоял взнузданный, под седлом, как его оставил Атрейо, когда примчался с охоты.
