Группа «Белый флаг» Энфилда, Массачусетс, в метрополии Бостона, встречает воскресенья в кафетерии дома престарелых «Провидент» на Ханнеман-стрит, на авеню Содружества в паре кварталов к западу от плосковерхого холма Энфилдской теннисной академии. Сегодня Группа «Белый флаг» принимает Служение от Группы «Продвинутые основы» из Конкорда, пригорода Бостона. Народ из «Продвинутых основ» добирался почти час, плюс вечная проблема городских улиц без знаков и непонятых указаний по телефону. В вечер следующей пятницы небольшая орда белофлаговцев поедет в Конкорд, чтобы в порядке алаверды Служить перед Группой «Продвинутые основы». Путешествовать на большие расстояния по улицам без знаков, стараясь разобрать указания типа «Второй поворот налево с круга и прямо до хиропрактики», и теряться, и убивать весь вечер после долгого дня ради всего где-то шести минут за фанерной кафедрой называется «Проявлять Активность в Своей Группе»; само выступление называется «Работа по 12 шагам», или «Отдавать». Отдавать – кардинальный принцип бостонских АА. Термин произошел от эпиграмматического описания реабилитации бостонскими АА: «Отдаешь все, чтобы вернуть, чтобы опять отдать». Трезвость в Бостоне считается не столько даром, скольком неким космическим займом. За него нельзя расплатиться, но можно передать другим, распространяя послание, что, вопреки всему, АА помогает, распространяя послание для каждого новенького, который прокрался на встречу и сидит в заднем ряду, из-за трясучки не в силах держать в руках кофе. Единственный способ сохранить трезвость – отдавать ее, а даже просто 24 часа трезвости стоят чего угодно – трезвый день не иначе чем чудо, если у тебя Болезнь, как у него, говорит член «Продвинутых основ», отвечающий за Служение сегодняшнего вечера, который выступает всего с парой слов, прежде чем открыть собрание, ретироваться на стул возле кафедры и случайным образом вызывать спикеров из своей Группы. Председатель говорит, что и жалких 24 минуты не мог выдержать без того, чтобы не приложиться, когда Пришел впервые. «Прийти» означает признать, что тебе надрали зад, и приплестись к бостонским АА, будучи готовым на что угодно, лишь бы эта жопа прекратилась. Председатель из «Продвинутых основ» похож на идеальное совмещение фотографий Дика Каветта и Трумена Капоте 133, вот только при этом он, типа, совершенно, почти даже пышно лысый, и вдобавок в ярко-черной кантри-рубашке с барочными завитушками, как крем на торте, на груди и плечах, и в галстуке-ленточке, плюс остроносых мокасинах из какойто странно черепитчатой кожи рептилии, и вообще представляет собой поразительное зрелище, гротескный на поразительный манер, афиширующий гротескность. В этом широком зале больше дешевых металлических пепельниц и одноразовых чашек, чем ты встретишь где-либо в мире. Гейтли сидит прямо в первом ряду, так близко к кафедре, что видит щербинку между выдающимися резцами председателя, но ему нравится оборачиваться и смотреть, как люди приходят, бродят, стряхивая воду с верхней одежды, ищут пустые места. Даже в вечер праздника Дня В. к 20:00 кафетерий «Провидента» забит. АА уходит на праздники не чаще, чем Болезнь. Это большое воскресное собрание для аашников со всего Энфилда, Оллстона и Брайтона. Каждую неделю приезжают завсегдатаи из Уотертауна, и Восточного Ньютона, если только не Служат спикерами в других Группах. Стены кафетерия, окрашенные в неопределившийся зеленый, сегодня завешаны переносными фетровыми баннерами со слоганами АА в бойскаутских синих и золотых цветах. Слоганы такие бессодержательные, что о них и говорить не хочется. Взять «Один день за раз», например. Напыщенный мужик в ковбойском наряде завершает открывающую проповедь, объявляет начальный Момент молчания, читает Преамбулу АА, достает случайное имя из расшитого стетсона в руках, деланно щурится при чтении, говорит, что хотел бы пригласить первого случайного спикера от «Продвинутых основ» и спрашивает, присутствует ли его одногруппник Джон Л., здесь, сегодня.
Джон Л. поднимается за кафедру и говорит: «Раньше на такой вопрос ответить я был не в состоянии». Прокатывается смех, позы у всех становятся расслабленней, ясно, что Джон Л. ведет трезвую жизнь довольно давно и не окажется одним из тех спикеров АА, которые так нервничают и стесняются, что сопереживающая аудитория тоже начинает нервничать. Все в зале нацелены на полное сопереживание спикеру; так они смогут принять послание АА, донести которое тот пришел. Сопереживание у бостонских АА называется «Идентификация».
Затем Джон Л. называет свое имя и говорит, кто он есть, и все отвечают «Здравствуй».
