Ненависть Майкла Пемулиса к доктору Раск непонятна и как будто беспричинна; каждый раз Хэл слышит от него новую версию. Самому Хэлу с Долорес Раск некомфортно, и он ее избегает, хотя и не может точно объяснить, почему ему с ней некомфортно. Но Пемулис Раск попросту не переносит. Именно он вскрыл ночью дверь в ее кабинет и подключил к внутренней латунной ручке батарейку «Делко», – в пятнадцать лет, – к двери в кабинет Раск, первой в противоположном коридорчике в северо-восточном углу фойе, рядом с кабинетом медсестры и лазаретом, – а затем покинул кабинет Раск через окно и колючую живую изгородь, и ему чрезвычайно повезло, что никто, кроме Хэла, Шахта и Марио, не знал, кто заминировал ручку, так как ловушка быстро обернулась катастрофическими последствиями, ведь первой до нее добралась престарелая брайтоно-ирландская уборщица, где-то в 05:00, и оказалось, что Пемулис серьезно просчитался с напряжением «Делко» в латунном проводнике, и если бы уборщица не носила желтые резиновые перчатки, то не отделалась бы перманентным перманентом и неизлечимым косоглазием, с которыми пришла в сознание, а партийным вождем уборщицы оказался пресловутый Ф. К. («Следуй за этой скорой») Бирн из Брайтона, хищный юрист со степенью, специализирующийся на травмах, и надбавки по страховке работников академии взлетели до небес, и дело до сих пор варится в судах.
Аврил избавилась от двери в кабинет еще до облома с уборщицей, просто из-за боязни замкнутых пространств.
После перескрещивания ног и ближайшего рассмотрения выяснилось, что левый носок Тревора Аксфорда также синего цвета, – но не правый.
Леворукий, без нескольких пальцев на правой руке после несчастного случая с фейерверками три Дня Взаимозависимости назад, Аксанутый на несколько сантиметров ниже Хэла Инканденцы и по-настоящему рыжий, с медноволосой копной и влажной, белой, веснушчатой кожей, которая даже под двумя слоями летней полироли только краснеет и шелушится, плюс вечная проблема пухлых и растрескавшихся губ; а как теннисист он что-то вроде менее эффективной версии Джона Уэйна: только и делает, что фигачит с задней линии, без какой-либо заметной подкрутки. Он юниор из Шорт-Бич, штат Коннектикут, и живет под огромным давлением семьи, ожидающей, что он продолжит традицию мужчин-Аксфордов обучаться в Йеле, но академически отстает так, что понимает: его единственный шанс попасть в Йель – играть за Йель, отчего вылетают в трубу все шансы на будущее в Шоу, и потому, хотя он и с высоким рейтингом, спортивные цели установил не выше фулл-райда в Йеле. Хотя неформально Ингерсолл в контингенте Младших товарищей Хэла, технически он аксанутовский, и они оба об этом помнят; и Хэлу немного неудобно из-за того, какое облегчение он испытывает при мысли, что никто из пострадавших на Эсхатоне технически не находился под его ответственностью 212. Единственное, что действительно есть общего у Аксфорда и Хэла на корте, – любопытная привычка не просить помощи с других кортов, когда мячи вылетают за линию 213.
