Кстати, обычная легендарная метка с маской может получить трехсотый уровень, человек вроде Таунсенда — четырехсотый. Получается, вот она разница между просто сильным воином и генералами. И еще, судя по «отношению», Сартр обо мне слышал. Правда, похоже, не так уж и много хорошего, сплошные минусы. Интересно, это Лютова постаралась? Впрочем, учитывая его заинтересованность в моих кадаврах, думаю, это будет не так критично. А вот слова о том, что он захватил все необходимое — неужели там будут и тела богов?
— Так это правда? — Сартр смерил уничижительным взглядом Таунсенда, который, казалось, просто взял и проглотил язык. А потом я краем глаза заметил, как предатель-Сапогов указал на меня пальцем, да еще при этом так широко улыбнулся. Как будто делает мне одолжение, вот же паршивец, но да что взять с верного оруженосца.
— Это так, — увидев, что генерал Нового Парижа смотрит на меня, я сделал шаг вперед и уже приготовился опять доказывать свое мастерство, как…
— Тогда в телегах материалы, можешь использовать все. Делай столько кадавров, сколько сможешь, а я пока вас прикрою, — и, не дожидаясь ответа, Сартр развернулся на месте и двинулся за ворота.
Почему–то я боялся расспросов про квартал света и мои отношения с проживающей у него в городе жницей, но, похоже, в списке приоритетов генерала все это оказалось далеко не на первых местах. Даже обидно.
— А я? — немного растерялся Таунсенд.
— А вы со мной, — «обрадовал» его Сартр. — Вы же сказали, что успели потрепать командиров Семина, так что опыт у вас есть, а там сейчас собралось уже шесть отрядов. Если их не отогнать, они нам смогут устроить немало проблем.
— Есть! — как–то слишком резко и довольно рявкнул местный генерал.
А ведь, пожалуй, он и не так плох, как я думал до этого. Стоило отойти от интриг и необходимости принимать решения, как он моментально расслабился и успокоился. Теперь я понимаю, как он достиг своего уровня, но вот дальше всё — это явно его потолок.
Отряды Сартра и Таунсенда начали выходить за ворота, а сидящие на каждой из телег люди принялись освобождать от веревок привезенные ими грузы и скидывать их мне под ноги. Мешки с кристаллами, куски мяса и парочка разломанных статуй. И зачем мне предметы искусства?
Вот только стоило присмотреться повнимательнее, как стало очевидно, что для статуй эти куски рук и ног сделаны уж больно анатомически точно. Кости, мышцы с прожилками, вены — все это видно. А какой скульптор будет так достоверно передавать то, что никто и никогда не заметит? Вывод один. Похоже, в запасниках Нового Парижа нашелся превращенный в камень бог, вернее, парочка таковых. Вот только получится ли у меня с ними работать? Впрочем, с момента боя прошел уже час, и можно попробовать проверить, не боясь, что кто–то может заметить что–то лишнее.
Аркобалено
Я протягиваю руку к одному из камней — тот начинает осыпаться каменной крошкой, а в тело как будто заливается жидкий лед. Хочется остановиться, но растущие цифры в графе метки Ксардаса заставляют держаться. Четвертый уровень — дальше пойдет медленнее, и камней тут на самом деле не так много, но все равно даже так это гораздо больше, чем ничего, на которое я мог рассчитывать еще десять минут назад.
— Минимум уровень уника по кадаврам, — голос Сапогова напомнил, что за мной следят и расслабляться не стоит.
— Как скажешь, уровни — это не мое, я предпочитаю просто творить, — уйдя от разговора, я принялся раздавать указания воинам из отряда Хвостова. Раз уж они остались со мной, пусть помогают, да и закрепить лидерство никогда не будет лишним.
Пентаграмма, гора мяса с кристаллами и меч — вот заготовка для каждого из моих творений. Шаг первый — зачаровать меч. Я решил, что ради такого гостя как Сартр стоит постараться. Шаг второй — поднять кадавра. На этот раз я не буду никому передавать управление, и посмотрим, как народ оценит такую вот армию у меня за спиной.
Когда я оживил первого кадавра, в ворота как раз проходили последние генеральские солдаты во главе с Нестеровым, заместителем Таунсенда по кадаврам и по совместительству моим учеником. Как же он сейчас недоволен, глядя на выданные мне богатства и не имея возможности ничего сказать.
Но и плевать на него, сначала займемся моей армией. Пользуясь случаем, я не стал сразу штамповать своих новых прислужников как на конвейере, а решил поэкспериментировать. Рядом все равно нет никого разбирающегося в теме как тогда, когда я работал над заказом Таунсенда, так что можно не бояться, что мои действия вызовут вопросы.
