Ни капли не стесняясь этой способности — сейчас мое пламя с огнем магов не спутает ни один даже самый мнительный человек — я нагрел второй клинок, а потом повторил процедуру, постаравшись попасть в такт между «обновлениями». Вот только на этот раз я не просто использовал лечение, нет. Надрезав и выведя за пределы генеральской ауры небольшой кусок поврежденного плеча с проходящей артерией, я сначала прижег его и только потом активировал свою способность.
И на этот раз у меня получилось — артерию удалось закрыть, причем так, что перемычка оказалась за зоной обновления, и когда по телу Сартра прошла очередная волна, ее так и не задело. Да и зараза Осипова без прямого контакта с кровью не сработала, так что вроде бы все вышло как надо. Нет, это только начало: еще надо будет разобраться с остальными артериями, веной, в идеале восстановить кровяной канал, ведущий от сердца в руку. Конечно, судя по всему, у Сартра и без него кровь восстанавливается, но без этой нагрузки от него будет больше пользы. А слабое место у него теперь так и так будет — так зачем останавливаться на полпути и еще больше снижать боеспособность моего нового союзника?
В общем, следующие полчаса — чтобы не прерывать процесс, нас с генералом усадили на одну из привезенных его людьми телег и перекатили в крепость — я только и делал, что играл в мясника. Вытягивал жилы, прижигал, залечивал, и так раз за разом. И никто мне даже взглядом не напомнил, что время на возвращение кинжала уже вышло. Всем было очевидно, что с данным словом я справляюсь, а значит, и награда нашла меня абсолютно заслуженно.
— Удивительно, — когда я закончил, Сартр наконец пошевелился и с удивлением посмотрел на висящие внутри пробитого плеча кровяные канаты. Выглядело, конечно, не очень надежно, но это точно было лучше, чем раньше. — Это ведь не магия вроде той, что показывают новые боги. Это самый настоящий труд, грязный и тяжелый. Сегодня ты смог меня удивить.
Лесть! Причем лесть, подтверждённая улучшением социального отношения ко мне — так что все по–честному.
— Плечо можно будет чем–то прикрыть, — раз уж я назвался доктором, и меня оценили, стоит отыграть эту роль до конца.
— Разберусь, — на щеки генерала начал возвращаться румянец, и он почти мгновенно вернулся к своему привычному образу резкого на слова и решения вояки. — Насчет уговора, как я и обещал, буду думать. Ты же сейчас вместе с нами тоже отходишь в Новый город? Вот там и разберемся.
После этого Сартр сделал знак Сапогову, который, пользуясь случаем, похоже, успел затесаться в ближний круг своего кумира, и Олег моментально развил кипучую деятельность, помогая остаткам отряда генерала приготовиться к отступлению. Про меня же все как будто забыли, разве что подошел какой–то хмурый парень с печатью Сартра и забрал кадавров, как он сказал, для финальной проверки. Так что остался я почти один, если не считать продолжавшего держаться рядом отряд Хвостова. Хотя нет, тут точно не только он — оглядевшись по сторонам, я как–то неожиданно обнаружил что под знамя света, которое опять успели вытащить из запасников, начал подтягиваться народ и с других участков стены.
Дело света +5 000 очков обмана в день, итого 37 000 очков обмана в день
А вот мое достижение по повышению своего общественного статуса нашло отражение и в официальной статистике. Правда, теперь ведь еще придется тратить время на объяснение политики партии всем новичкам, и кого–то (уверен, такие будут) придется выставить. Как же все это непросто.
А при этом мой покровитель, во славу которого я тут несу дело обмана в массы, так и не подумал почтить меня разговором. А ведь обещал же. «Получи маску, получи легендарный уровень, и я тебе все расскажу», — говорил он. А ведь раньше Бо напрямую мне вроде бы ни разу не врал.
— А ты возмужал, мой ученик, — за спиной раздался знакомый голос, а взгляд тут же отметил застывшего в полете комара. — Жаль, правда, что ты порой все так же спешишь с решениями, но все равно твой прогресс нельзя не отметить.
Оборачиваюсь — точно, за моей спиной стоит он, бог обмана, а весь мир вокруг уже в который раз просто взял и остановился. И ведь как ловко Бо выбрал время: Сартр ранен и не может вмешаться, Таунсенд уже с другой стороны города помогает организовать отход. Впрочем, а есть ли ему вообще дело до генералов? Вряд ли наш разговор будет долгим — а так он просто выбрал место, где нас не заметят издалека, и вперед.
— Ты что–то не очень выглядишь, — присмотревшись к своему покровителю, я неожиданно заметил у него под глазами синяки. И еще, не знаю, показалось мне или нет, у него по рукам пробежала волна дрожи, как от сильного нервного напряжения.
— Дел много, отдыха мало, — Бо беззаботно пожал плечами, а я пожалел, что не могу сейчас ничего сказать о его поведении. Врет он или говорит правду, непонятно. Для оценки слишком уж мало мне известно о божественной физиологии. — Я обещал, что когда ты получишь метку и маску, я отвечу на твои вопросы. Ну что, готов?
