Вообще-то существовала одна крикливая группа, возглавляемая Полом Грейтоном, которая желала немедленно отправить шлюпки на орбиту — прежде чем что-нибудь случится с их силовыми установками и все мы, вместе со значительным куском планеты, в течение нескольких миллисекунд превратимся в радиоактивный пар. Я понимал его тревогу и не мог полностью отрицать ее основательность, невзирая даже на то, что силовые поля, удерживавшие антивещество на месте, не могли дать сбоя, пока законы физики элементарных частиц сохраняли свою силу в этом мире. Но нельзя же было забывать и о том, что физика элементарных частиц не предсказывала и тога, что антивещество сможет по собственному желанию за неполный час удрать из этих самых ловушек.
Перевод судов на орбиту требовал начать постоянные полеты челнока, а я нисколько не возражал против дополнительной практики. Но остальная часть совета единодушно отклонила предложение Грейтона. На большинство людей вид космических кораблей на горизонте действовал успокоительно, как символ наличия выбора, возможности действия.
Нам удалось запустить два многоцелевых сельскохозяйственных трактора, и я с удовольствием передал полную власть для решения этого комплекса проблем Аните Шидховске, которая прежде пользовалась колоссальным авторитетом среди пакстонских фермеров.
У нас был чересчур широкий выбор. Если бы мы приземлились на случайно подвернувшейся землеподобной планете, то эта проблема не возникла бы: на спасательных шлюпках в условиях, гарантирующих полную сохранность в течение многих десятилетий, хранилось множество семян супервыносливых сортов восьми основных видов овощей. Но чтобы добиться высочайшей выносливости, селекционерам пришлось в значительной степени пожертвовать такими качествами, как вкус и урожайность.
Ни одно из земных растений на Среднем Пальце не пережило восьми тяжелых зим, но в запасе имелось множество семян, значительная часть которых неизбежно окажется жизнеспособной; это не считая коллекции из сотен сортов и разновидностей, хранившейся в глубоко замороженном состоянии в университете. После долгих раздумий, достойных царя Соломона, Анита решила посадить сверхвыносливые сорта в количестве, достаточном для того, чтобы обеспечить нас на весь следующий год, а затем на пробу засеять множество достаточно крупных делянок традиционными зерновыми культурами — здесь из-за возраста семян существовал риск неурожая. Ну и напоследок надлежало обработать еще несколько акров прямо в университетском городке для троих экс-фермеров, которые прямо-таки подпрыгивали от зуда: им не терпелось наложить лапы на экзотические растения из университетской коллекции, которые прежде было почти невозможно получить.
Я возобновил уроки по примерно тому же расписанию, которому следовал на борту «Машины времени»,— правда, к радости учеников, занятия стали чаще. Мне с горечью пришлось выкинуть вводный курс, так как двое самых младших моих учеников умерли, не выдержав анабиоза, а взамен добавить курс вычислительной математики, так как ее преподаватель Грейс Лани тоже погибла. Это оказалось нелегко. Проводить вычисления самому намного проще, чем обучать этому, а мои ученики обладали лишь зачатками знаний. В результате у меня почти не оставалось времени для хозяйственных работ.
Спустя месяц мы решились съездить в Пакстон. Для этого пришлось на два дня забрать оба наших грузовика: радиус действия каждого составлял порядка тысячи километров, и поэтому один кузов пришлось почти полностью загрузить аккумуляторами.
Совет великодушно решил, что вылазку должен возглавить один из членов совета, и мне досталась короткая соломинка. В качестве своего помощника и второго водителя я выбрал Сару. Как и большинство, она была очень любопытна. Молодая и сильная, она вполне должна была справиться с управлением машиной — конечно, мы собирались вести наши грузовики вручную — и оказать существенную помощь при замене тяжелых аккумуляторных батарей. Мэригей одобрила это решение, хотя она, несомненно, желала бы сама поехать со мной. Сара быстро отдалялась от нас, но эта экспедиция относилась к одной из тех областей, в которых наши интересы совпадали.
Грузоподъемность машин составляла три тонны, так что мы могли привезти кое-что оттуда. Я поручил Саре собрать народ, мы сели с листом бумаги и принялись размышлять.
Это напоминало в миниатюре процесс выбора груза для «Машины времени». Чисто сентиментальных пожеланий оказалось не так уж много, так как большую часть милых сердцу сувениров наши спутники взяли с собой в космическое странствие и либо привезли обратно с собой, либо оставили на борту. К тому же мы были ограничены временем и собственными силами — например, было целесообразно посетить кабинет Дианы и забрать оттуда тридцать одну медицинскую карту — столько из нас были в прошлом ее пациентами, но я вовсе не собирался рыться в жилище Елены Моне в поисках комплекта для крокета.
