— Привет, — Паша засиял, его лицо озарила улыбка, а глаза искрились.
— Привет, мы можем поговорить? — Даша заворожённые смотрела на него, не в силах отвести свой взгляд. Женский голос, донёсшийся из глубины номера, вывел Дашу из легкой дремы, — Извини, видимо я не вовремя, — брюнетка быстро отвернулась от Павла. Дыхание перехватило, на глазах мелкими капельками стали скапливаться слёзы.
Так вот значит, что чувствуют, когда сердце разбито. Колющие осколки от счастливых моментов, проведённых вместе, больно врезались в хрупкую конструкцию, перегоняющую кровь.
Закончилась маленькая сказка о любви. Да и была ли любовь? Может это так мимолетная страсть, простое физическое влечение. Но мы ведь были счастливы вместе, пусть и недолго, но были! Конечно, как можно рассчитывать на жизнь в любви и понимании, когда ты сама обманывала, предавала, втиралась в доверие, играла на чувствах других людей? Или ей все показалось?
В нужный момент Паша был рядом с ней, говорил, что не отпустит никуда одну. Может он делал это все лишь из-за чувства вины, что испытывал из-за ошибок, совершенных своими родственниками? Может это просто совесть подкидывала ему варианты действий помощи или же это банальная чувство долга?
Получилось, что Даша дала волю своему сердцу, позволила себе влюбиться совсем не думая о последствиях. Хотелось просто жить здесь и сейчас, снять маску безразличия и окунуться в омут счастья. Отдать всю себя, не думать что в дальнейшем придётся платить за минуты счастья. А цена — разбитое сердце, терзаемое адскими муками. Но мы ведь не задумываемся об этом изначально. Не задумываемся о том, что это счастье может привести нас к концу, ведь всё когда-нибудь заканчивается, верно?
А конец-ли?
Слёзы снова вырываются из глаз, а в груди сжимается комок воспоминаний, из-за которого дышать становится просто невозможно. И винить в этом можно лишь саму себе и больше никого. И Даша винила себе.
Звездная ночь — это небо, рассыпанное множеством чарующих мелких огоньков. Город весь утопает в серебристых снежинках. Свет, исходящий от луны и звёзд, создаёт вид спирали, что лишь подчёркивает необыкновенную красоту звёздного неба.
Морозный воздух мигом отрезвляет горячую голову, давая возможность перевести дыхание от слез, что с каждой секундой становилось все больше и больше. Засохшие дорожки соленой жидкости неприятно стягивали кожу. Даша ступала по вновь выпавшему снегу, сугробы хрустели под ногами на мостовой.
— Даша! — Павел бежал сквозь проходящих людей, все время задевая кого-то. Ему нужно было как можно скорее догнать девушку. Ему нужно сказать так много! — Даш! — достигнув брюнетку, он смотрел в ее удивительно манящие шоколадные глаза, на которых застыли капель слез. — Милая…
Оставляя на ее лице тысячи мелких поцелуев, он заключил ее в свои объятия, вдыхая клубничный аромат волос.
— Даша, как только ты появилась в моей жизни я словно потерял голову, бросился без оглядки в пучину страсти. Я смотрю в твои глаза и просто теряюсь, ты для меня все… Как бы я ни пытался сопротивляться своим чувствам — не смог. Я люблю тебя…
И снова целуя ее, он не давал ей не единого шанса усомниться в своих чувствах. Прикоснувшись к друг другу лбами, они упивались близостью. Голос Паши дрожал, то ли от холода, то ли от волнения.
— Я виноват перед тобой. Я столько всего тебе наговорил, мне нужно было выслушать тебя, а я повёл себя как ребёнок! — тихий шёпот эхом отдавался в голове Даши, он опьянел ее, обволакивая ее разум, лишая ее трезво мыслить. — Мой отец и тетя виноваты и это ничем не искупить, простить просто невозможно, я понимаю, но…
— Шшш, не говори больше ничего, — это странное непонятное чувство. Мучительно восторженно — он любит ее. Сердце поражено любовью, слишком большим счастьем, которому нет сил больше сопротивляться. Она целует его страстно, но в тоже время нежно. Он нужен ей как воздух, — Я простила, мне было трудно, я смогла, так хотел мой отец, и у меня получилось… Но я никогда не смогу забыть…
Снова поцелуй — долгий, желанный, восторженный, сладкий. И объятия рук, такие нежные, родные, сильные.
— Ты нужна мне, а я тебе, — Паша утопал в бездонных манящих глазах девушки, купался в их свечении исходившем прямо из глубин души и сердца, — Я люблю тебя!
— И я люблю тебя! — губы расплылись в улыбке. Сердце билось в привычном ритме влюблённого и любящего человека.
***
— А вот и наша сладкая парочка, — Юлия смотрела на шагавшую мужчину и женщину, что держались за руки и все время улыбались друг другу. Разливая бокалы игристого вина, в душе у Юли играло детское восторженное чувство, что все у них будет хорошо.
— Все собрались, теперь можно и выпить! — Владимир передал Даше бокал, где что-то плавало. Присмотревшись, она поняла, что это звездочки от погон. — Майор Канаева, я вас поздравляю! — мужчина улыбнулся, немного подумав, продолжил, — Насчёт ухода не передумала?
