Я наконец рассмотрел жетон. Ничего, отличного от моего. Размеры, надпись, цвет – всё то же. Взял двумя пальцами, как свой, для активации голографического экрана – и увидел отличия:
Делаем вывод, что любой может увидеть примерно половину твоих данных. И то хорошо, хоть не все, а то совсем не хочется, чтоб в сложной ситуации о тебе знали всё, включая и слабые стороны. А с другой стороны, при моей способности видеть больше остальные могут и этого не видеть. Надо проверять. Ставим галочку, как заберу свой жетон, дать его Митричу, пусть расскажет, что он там видит.
Перевожу взгляд вперёд и через голографический экран вижу слева от нашего движения что-то похожее на арку, в проёме которой нечто вроде дымки или туманной взвеси. И сразу же в меню жетона вижу изменения – на месте «информация об объекте» теперь значится:
Вот вам и взаимодействие с системой. Убираю жетон, смотрю на то место, которое опознал жетон, и вижу слабую серую дымку, но без арки, а в голове возникает информация:
Вот это пугающая информация. Я возбуждённо кричу:
– Митрич, тормози!
– Ты чего орёшь, задавили кого?
– Сейчас увидишь, выходи давай! – и сам стал открывать дверь и выходить из машины.
Пока напарник обходил грузовик, я подошёл к дымке и остановился напротив неё. Так получилось, что данжеон образовался как раз в переулке, слева, между завалами мусора. А мы ехали по прямой в дальний конец полигона.
Митрич подошёл, посмотрел вокруг, потом на меня и спросил:
– Ну и чего ты тут увидел?
– А ты, значит, ничего не замечаешь? – протянул я задумчиво. – Ну тогда попробуй через жетон посмотреть.
Степан активировал жетон, и почти сразу его глаза начали расширяться:
– Вот это что-то новенькое. Значит, я оказался прав! – воодушевился он.
– Я бы не торопил события, но что нас ждут большие перемены – это однозначно.
– Ну, а теперь ты готов проверить свои новые возможности? Теперь ты видишь, куда их можно применить? – улыбаясь, сказал Степан и подмигнул.
– Кстати, – напарник перевёл экран жетона на меня и начал вчитываться в информацию обо мне. Потом покивал своим мыслям и сказал: – Ну, не так уж и плохо. Хотя жаль, нам бы сейчас чего-нибудь активного действия и желательно убойного, как у тех игроков из новостей – огнём покидаться или заморозить всё вокруг, – и рассмеялся.
– Ну ты в своём репертуаре, мало того что всё это тебя нескончаемо радует, так ещё и хочешь ускорить обороты наступающих перемен. Так и вижу тебя с горящими глазами, в какой-нибудь хламиде, с жуткой палкой-посохом в руках, неистово кричащего: «Больше! Больше огня! Больше льда! Соединись же, сила!»
Но он меня не слушал, а бормотал, задумавшись, наглаживая свой седой ёжик:
– Суть вещей, суть вещей, – а потом встрепенулся. – Хотя стой, так это ты, получается, можешь объекты определять и без жетона?
Я кивнул:
– И даже несколько больше вижу информации, чем ты через жетон. О, как раз об этом. Что там про меня написано?
