Послышались шаги, и Грейнджер округлила глаза от удивления.
— О, Мерлин! Это Джинни! Нельзя, чтоб она увидела тебя
здесь
. Я ей ещё не рассказала. Она не так поймёт, — гриффиндорка соскочила с кровати и приблизилась к Малфою.
В нос ударил запах сладкой карамели, и он нервно облизнул губы, замечая, что она не надела лифчик.
— Прячься! Быстро! — зашептала Грейнджер, толкая его в шкаф.
— С какой стати? — возмутился слизеринец.
— Драко, умоляю! — прошептала она, и внутри всё перевернулось от того, как прозвучало его имя с её уст.
Он позволил её рукам затолкать его в шкаф, где было так тесно и неудобно, что пришлось согнуться, медленно сжал и разжал кулак, смотря, как дверь закрылась и рыжая Уизли влетела в спальню старост.
— Ты ещё не готова? — разочарованно протянула она.
— Джинни, я думала мы встретимся у входа, — взволнованно сказала Грейнджер.
— Да. Так и есть. Но тогда с нами бы всё время был Гарри. А я умру, если ты мне сейчас же всё не расскажешь!
— Давай попозже, Джинни, — уклончиво ответила Гермиона.
— Что? Как попозже? Гермиона, ты надо мной издеваешься что ли? Вчера ты сказала, что целовалась с Драко Малфоем! И всё, что успела сказать до прихода Гарри, что теперь, вызывая патронуса, ты будешь думать только об этом моменте. Я, признаться, очень сильно обижена, что не знаю, когда ты успела так по уши влюбиться в Драко Малфоя!
— Джинни! — воскликнула Грейнджер.
«Что? Влюбиться?» — улыбка расползлась на лице, горячей патокой обволакивая ноющее сердце.
Драко чуть не закричал, стоя в шкафу. Ликование. Такое неистовое. Резонанс эмоций, бурлящих в нём, заставляя почувствовать себя живым.
«Ничего, говоришь, не чувствуешь ко мне?»
«Блять, Грейнджер, тебя только что спалили».
Он довольно пнул дверь шкафа ногой и медленно вышел. Сейчас парень чувствовал себя так, будто поймал снитч на самой первой минуте матча.
—
Малфой
? — рыжая Уизли округлила глаза от удивления.
Но Драко волновала только кудрявая гриффиндорка, которая сжала кулаки и стояла зажмурившись.
— Трансгрессировать пытаешься, Грейнджер? — издевательски протянул он, издав при этом хриплый смешок. — Какое красочное «ничего» у тебя, оказывается.
— Гермиона, я… Прости, пожалуйста, — виновато пролепетала Джинни.
Гриффиндорка, наконец-то, открыла глаза, уничтожая подругу взглядом.
— Поговорим… позже. Я лучше пойду, — испуганно прохрипела Уизли и поспешила удалиться.
Дверь за ней закрылась, издавая лёгкий скрип. После чего последовала тишина.
Малфой неотрывно смотрел на девушку, а она упорно сверлила взглядом ковёр на полу. Он был чертовски доволен.
«Она в меня влюблена… Салазар, она в меня по уши влюблена».
— Хорошо. Давай поговорим, — сдалась Грейнджер, поднимая на него карие глаза.
«Нет. Это не тот случай».
— Я, кажется, уже наговорился.
«Хватит с нас этого. И у меня не так много времени, Грейнджер».
Он быстро преодолел расстояние между ними и обрушился на неё, как ураган. Взяв маленькое лицо в руки, притягивая к себе, Малфой жадно вцепился в её губы поцелуем.
«Так, как надо».
«То, что было мне необходимо».
Он лихорадочно вдыхал такой манящий, желанный и безумно сводящий с ума аромат молочной карамели, будто старался пропитаться им насквозь. Целуя, целуя и целуя её губы. Сминая их, кусая нижнюю губу, рыча от удовольствия.
Девушка не сопротивлялась, тая в его руках. Он опустил одну руку на её талию, притягивая ближе.
«Ещё. Мне нужно ещё».
Она шумно выдохнула в губы, и он быстро откинул её голову назад. Полотенце с головы упало на пол, рассыпая влажные волосы по плечам.
«Блять, я бы потянул время. Сделал бы всё иначе, но этого времени нет».
Драко спустился поцелуями на шею и нежно закусил кожу возле ключицы. Девушка издала стон, когда обе его руки скользнули, обхватывая её и поднимая. Секунда, и они упали на кровать. Он, разорвав поцелуй, лихорадочно быстро стащил с себя водолазку.
— Драко… — на её лице отразилось сомнение.
«Прошу тебя, Грейнджер. Я сойду с ума и точно больше не решусь на это, если мы не продолжим сейчас».
Он взял её руки и притянул к своей груди, ведя вниз и вверх к плечам. Гермиона следила взглядом за тем как её ладони очерчивают пресс и поднимаются выше, и Драко заметил, как дёрнулось её горло, когда она сглотнула и прикрыла глаза. Малфой облизнул губы, осторожно поднимая её майку. Возбуждение нарастало, распаляя каждую мышцу на теле. Небольшая и упругая грудь заставила его улыбнуться.
— Я хочу тебя, — прошептал он.
Назад пути не было…
Она стонала, выгибаясь ему навстречу, кусала губу и впивалась ногтями в его плечи. Реальность оказалась настолько яркой, что любые его фантазии вмиг потухли, как робкий огонёк свечи от сквозняка. Её руки зарылись в платиновые волосы, и он застонал от удовольствия, вернулся к её губам, терзая их. Тем временем одна рука опустилась к шортам, что едва прикрывали бёдра. Но он встретил сопротивление. Девушка плотно сжала ноги. Он остановился, непонимающе смотря на неё.
— В чём дело? — переводя дыхание, спросил Малфой.
Её щёки раскраснелись, губы припухли от страстных поцелуев, а волосы рассыпались на кровати.
«Чёрт! Какая же ты красивая».
