Только сезонные люди - что птицы залётные. Вот если в пустых домах поселятся русские из ближнего зарубежья — пусть совсем отчаявшиеся, которые привлекательней Нечерноземья места себе не сыскали, приютятся городские бомжи, не потерявшие навыка к труду, тогда другое дело. А раз появятся жители, официально зарегистрированные, местные власти электричество, телефон проведут, автобусное сообщение восстановят. Однажды засверкают на солнце чисто промытые стёкла, запестрят цветами палисадники, запахнет пирогами,
Нормально в России когда-нибудь жить всё же станут. И, возможно, будут довольны. Но будут ли счастливы? Потому что между удовлетворением основных инстинктов и счастьем очень хрупкая зависимость, а временами её и вовсе не видно.
Появится ли народ, для которого любовь к отеческим гробам из крылатой литературной фразы перейдёт в разряд неспешной потребности души? Теперешние денежные людишки на старые могилы не ходят. Заняты. Нет надобности. Или скверно воспитаны. На скольких кладбищах построены дома, проложены дороги, плещутся водохранилища — не хватит пальцев, чтобы пересчитать. Да никто и не считает - привыкли, а кости безмолвны и беззащитны.
Но, может, так и надо? Старое отжило, сгнило вместе с корнями, новое вырастет свободным от болячек прошлого. Может, беспамятство всего лишь ступень в развитии общества? Аукнется ли оно великим злом или вообще никак не отзовётся — этого нам, нынешним, узнать не дано, Каждое поколение оставляет потомкам свои загадки, порою мучительные, мы ничем не лучше, хорошо бы - не хуже.
И несётся за чередою череда высочайших свершений, катастрофических падений и вечных надежд, истинный смысл которых открыт только гениям или юродивым.
