— Да я и тогда не особо сильно обиделся. На друзей обижаются только дураки. Просто оценил как народ реагирует на мои прогнозы и сделал выводы. В общем-то я всегда был в курсе того, что с вами происходит. И о тебе с Генкой тоже достаточно хорошо осведомлен. Я сейчас у тебя про грант спросил, так для порядка, чтобы разговор поддержать. Я сегодня-то сюда приперся потому, что ты предсказал введение чрезвычайного положения. Наши это твое предсказание между собой усердно обсасывают и муссируют.
Богданов скривил рот:
— Ну предсказал. Один черт никто не верит. Про короновирус твердят. А он то здесь с какого бока-припека. Нет, как повод, как предлог, он сгодится. На крайний случай, как защитная мера на сложившуюся экономическую ситуацию.
Волков усмехнулся:
— Что дошло до тебя, что такое остракизм?
Леонид пренебрежительно отмахнулся:
— Да ну! Какой к черту остракизм? О чем ты?
Волков смутился и махнул рукой:
— Не обращай внимание. Это я так. Но, пообщаться по поводу чрезвычайного положения нам с тобою стоит. Не сейчас, конечно. Возвращаясь к нашим баранам. Значит, ты смирился с потерей гранта?
У Леонида от кончиков глаз протянулись морщинки от улыбки:
— Знаешь, а я даже где-то рад, что грант сорвался. Теперь ни кому ни чего не должен ни чем не обязан. Работаю спокойно без ажиотажа.
Волков вытер губы бумажной салфеткой:
— Должен тебя предупредить это еще не конец твоей эпопеи.
Богданов скосил недоверчивый взгляд на Александра:
— Что ты имеешь в виду?
Волков хитро ухмыльнулся и продекламировал:
— Это брат перо Жар-птицы,
Но для счастья своего
Не бери себе его.
Много, много непокою
Принесет оно с собою"
Леонид беззаботно улыбнулся и махнул рукой:
— Да ну, ерунда. Следствие закончено. Забудьте.
Богданов скользнул взглядом по другим своим приятелям. Выпитое уже возымело на них свое действие. Встреча друзей вступила в активную фазу общения тет-а-тет. Олег что-то рассказывал Виктору с Сергеем, выразительно тараща глаза. Они, не приглашая остальных, за что-то выпили. Второй Виктор с Виталием тоже о чем-то увлеченно беседовали. К ним, не встревая в разговор, прислушивался Михаил. Леонид тактично поинтересовался у своего собеседника:
— А, ты-то как поживаешь?
Александр с готовностью ответил:
— Ой, да все как обычно. Тфу-тфу, чтоб не сглазить. Деньги на работе платят и ладно.
— Как Татьяна?
— Да, хорошо все. Дети растут. Мелкий уже в седьмом классе. Светка повышенную стипендию заработала. Ты-то сам еще не женился, случаем?
Леонид укоризненно посмотрел на приятеля:
— Опять? Кончай душу травить. Кому я нужен, нищеброд?
— Ладно, замяли. Это я так для порядка, по привычке. Извини. Значит говоришь, неспешной походкой идешь к новым свершениям?
Леонид устало вздохнул, и потянулся к бутылке:
— Вроде того. Во всяком случае, больше я во всякие гранты играть не собираюсь. Давай по маленькой. Градус слегка доберем.
Он наливал в пластиковые стаканы себе и Александру, одновременно рассказывая:
— Выходит, эти игры Саня не для меня. Роль рабочей лошадки мне подходит. Я против этого ничего не имею. Только не люблю, когда из меня идиот лепят.
С ожесточением Богданов добавил:
— Представляешь, паренек который мне помогал, себе командировку во Францию пробил, а мне на дополнительное оборудование денег не хватило.
Волков поднял свой стаканчик:
— Я в курсе. Вот только отправился этот парень в командировку не один. Двое их туда ломанулось. И не совсем это командировка. В общем, в настоящее время у твоего руководства серьезная проблема образовалась.
Богданов повернул голову к Волкову и удивленно на него посмотрел:
— А ты-то от куда все это знаешь?
Александр остался невозмутим:
— У каждого из нас свое хобби. У тебя одно, у меня другое.
Леонид заинтересованно хмыкнул:
— Давай рассказывай.
Волков скривил недовольную физиономию:
— Давай не здесь и не сейчас.
Богданов с готовностью согласился:
— Ладно. Согласен. Давай не здесь.
С боку от них раздался голос Михаила:
— Мужики, вы чего решили всю выпивку в два лица уговорить? Мне-то плесните.
Леонид посмотрел на Михаила виноватыми глазами и протянул ему бутылку:
— Извини, Мишань, увлеклись. Ты, сам давай. Своя рука владыка.
В разговор вклинился выкрик Олега:
— Э, мужики, слушай сюда. Мы две бутылки уговорили. У меня еще одна калгановка осталась. Двинем дальше привычным маршрутом и там ее уговорим, или здесь прикончим?
Виталий отреагировал первым:
— Слушайте, давайте не будем сегодня колготиться и водить козу. У меня предчувствие, что мы никуда сегодня уже не попадем, все будет занято. Ты посмотри, что здесь творится. Аншлаг. В других местах будет и того хуже.
Олег вытаращил на него глаза:
— Что, так и будем здесь в стоячку бухать?
— А, что такого? У тебя, что, ноги ослабели? Сядь на подоконник, отдохни.
Остальные стали неуверенно поддакивать Виталию:
— А, давайте, и вправду сегодня никуда не пойдем.
— Если нас никуда не пустят, придется на улице пить. А менты сейчас свирепые.
Олег покорно согласился:
— Ну, никуда, так никуда.
Он угрюмо посмотрел на Виталия:
— Виталик. Инициатива наказуема. Дуй на раздачу за водкой и чебуреками. И кока-колы прихвати водку запивать.
