Утром, как и обещалось, мы поехали на природу, устроили себе пикник, прихватив по дороге с собой тетю Машу. Она с радостью согласилась составить нам компанию. Солнышко отлично грело воздух, и я решила немного искупаться в озере, благо в Украине весна позволяла такую роскошь. Я начала снимать футболку и шорты, как на меня обратили взор три пары глаз:
- Ты чего это? – удивленно заморгала тетя Маша.
- Купаться, - ответила я, как само разумеющееся.
- Вода же совсем еще не прогрелась, - добавила мамочка.
- А меня любовь греет, мамуль, - улыбнулась и глянула на Лекса, который в этот миг довольно улыбнулся мне в ответ.
- Только осторожно!
- Обещаю! – ответила я и побежала к воде.
Забравшись в воду, я слегка поежилась, а потом расслабилась. Достаточно тепло и так здорово. Наконец-то можно расслабиться после долгой холодной зимы. Погреться на солнышке и позагорать.
Задумавшись, я забыла, где нахожусь, лежа на воде звездочкой, как неожиданно почувствовала внизу что-то большое. Едва не вскрикнув, мигом поплыла в сторону, как тут же услышала смех Алексея. Я обернулась к нему и сверкнула взглядом, обещающим расплаты:
- Болван, ты меня напугал. Чего смеешься?
- Видела бы ты свое лицо в этот момент, - проговорил сквозь смех, а я, глядя на него, не могла злиться. Такой он добрый, и столько любви в его взгляде.
- Ну вот, мамуль, а ты спрашиваешь, почему не беременею? Да я с Лешкой раньше времени рожу, - сказала я, когда выбралась на берег.
- Раньше не надо, а вообще рожай, - обнял меня со спины муж и поцеловал в шею.
- Рожу, любимый, только после того, как ты постараешься, - добавила сквозь зубы, чтобы мама с тетей не услышали, и посмотрела Лешке в глаза.
- Постарается-постарается, - подшутила мама, ну вот, все же услышала. - А теперь усаживайтесь на нашу полянку. Будем кушать.
Мы так здорово проводили время, смеялись, шутили, разговаривали по душам, а чуть позже я даже уснула, разморенная на солнышке. Меня разбудили ласковые руки мужа:
- Любимая, пора домой.
- Что, уже?
- Угу, ты и так пару часов проспала.
- Ох, я и не заметила, – шепотом ответила я.
- Ничего. На воздухе полезно отдыхать. Пойдем, мама с тетей Машей ушли вперед.
Мы поднялись с земли, Лешка сложил покрывало, на котором я сладко спала, и, взяв сумку, мы пошли в сторону дома. Солнышко потихоньку клонилось к закату, к вечеру становилось прохладнее, но не менее прекрасно. Мы шли по дорожке в обнимку, уклоняясь от веток, порой целуясь и просто болтая ни о чем. Запах цветущих деревьев и свежей травы так и манил к себе. Я чувствовала себя счастливой в объятиях любимого и весны.
- Дети мои, может, останетесь, а утром позавтракаете и поедете спокойно? – упрашивала нас мама, но мы решили ехать сейчас. Завтра - последний выходной, а потом начинаются трудовые будни в новом клубе.
- Мамуль, нет, мы лучше сегодня, завтра - последний выходной. Мы к тебе приедем в следующие выходные, - пообещала я.
- Конечно, приедем, - подтвердил Леша и поцеловал маму в висок. - Люблю тебя, мамочка.
- И я вас люблю, родные мои.
Мы крепко обнялись и, сев на байк, уехали домой. Тетя Маша осталась с мамой, они всегда устраивали посиделки после нашего отъезда, вот и сегодня не упустили момент.
Когда мы въехали в город, нас неожиданно застал накрапывающий дождик, пасмурное небо и холодный ветер. Я крепче прижалась к спине мужа и слегка дрожала от холода. Дождь начал усиливаться, а Леша немного сбавил скорость, всегда так делал в таких ситуациях, в особенности, если находился со мной.
Мы продолжали ехать, а дождь уже лил, словно из ведра, впереди была сплошная стена. Встречных и проезжающих машин практически не наблюдалось. И уже вовсе стемнело. Нам оставалось буквально километр до конца трассы, и мы бы были в центре городе, но кто-то решил иначе. Руль подкосило, и нас начало нести на встречную полосу. Леша не мог затормозить из-за мокрого асфальта, он начал отцеплять мне руки и кричать, чтобы я спрыгивала, а я ни в какую не хотела этого делать без него. Только с ним, только вместе.
В тот момент я мечтала оказаться с ним в обнимку под теплым одеялом, и чтобы происходящее было сном, но, увы, это реальность.
Перед глазами - страх и резкая вспышка боли. Темнота, какие-то звуки, чьи-то голоса, вой сирены. И все, о чем я могла думать на тот момент - главное, чтобы с любимым все было хорошо.
- Стрельцова. Стрельцооова. Искра! – это прозвище меня словно отрезвило, и я вскинула голову, смотря на сотрудницу ненавистным взглядом. Никто не смеет меня называть этим прозвищем. Никто! По всей видимости, я произнесла эти слова вслух, потому как услышала ответ: - Я знаю, но ты вообще на меня никак не реагируешь. Зову тебя уже минут пять, а ты словно на другой планете.
- Никогда не смей больше этого делать!
- Стрельцова, ты что, ненормальная? Говорю, пойдем сегодня в клуб, оторвемся, как следует!
- Нет! – резкий ответ.
- Да ты вообще никуда не ходишь. Как сноба. На тебя даже мужик не посмотрит ни один.
- Вот и здорово! Вот и славненько!
- Может, тебе девочки нравятся, а, Любовь?
