Его первой мыслью при встрече с ней – на самом деле второй, первой мыслью было «какое прелестное лицо» – было, что это какой-то заговор, чтобы поймать в ловушку его кузена. Он ожидал чего-то подобного после того, как о его кузене упомянули в газете. Молодой, богатый, холостой герцог, недавно приехавший в Лондон, был соблазном не только для мамаш, у которых дочки на выданье, или амбициозных дядюшек.
Но Пруденс несколько раз повторила, что разрывает помолвку. Даже когда легкомысленность Гидеона грозила его собственной голове петлей брака, она отвела эту опасность.
Почему он это сделал? Он тщательно все продумал и не нашел ответа. Должно быть, это от выпитого бренди. Он не мог найти другой причины для своей вспышки безумия. Бренди никогда прежде не доводило его до флирта, грозящего браком.
Слава Богу, Пруденс решительно отвергла его.
Хотя, когда он целовал ее, это была совершенно другая история... Ее нерешительный, удивленный инстинктивный ответ подействовал не только возбуждающе, но и задел какую-то струну в глубине его души.
Ее реакция была так непосредственна, что поразила его. Пруденс была в его власти. Его! Но он никогда не был собственником.
Как это случилось? Как он мог это допустить? Его брови сошлись на переносице. Нужно предупредить Эдуарда относительно бренди. Оно явно производит странный эффект.
Он должен быть благодарен мисс Пруденс Мерридью.
Гидеон не мог представить, чтобы кто-нибудь из его знакомых незамужних леди упустил возможность поймать в ловушку если не его самого, то его состояние. Во всяком случае, число отвергших его женщин было поразительно мало, и это было приятно. Хотя мисс Пруденс Мерридью безоговорочно отвергла его. Несколько раз. Размахивая этим чертовым ридикюлем, как маленькая амазонка, чтобы подтвердить свою точку зрения.
Теперь ему пришло в голову, что ее сумка была чем-то вроде брошенной перчатки. Каррадайсы никогда не уклонялись от вызова.
Гидеон ждал в холле, когда подадут фаэтон. Дворецкий осторожно тронул его за локоть:
– Простите, милорд. На конюшне сказали, что у вашего фаэтона треснуло колесо, так что его придется чинить.
– Черт возьми!
В этот момент в дверях появился герцог. На его лице блуждало странное выражение.
– Эдуард, у моего фаэтона треснуло колесо, а я как раз собирался выехать. Можно взять твою коляску?
Герцог не ответил. С задумчивым видом он позволил Бартлетту снять с себя сюртук.
– Очнись, кузен! Я задал тебе вопрос. – Гидеон критически осмотрел себя в зеркале. – Думаю, тебе сегодня коляска не понадобится. Можно взять ее?
– Хм... конечно, – кивнул Эдуард. – Но коляску перекрашивают. Я пользуюсь ландо моей матери. Скажите Хокинсу, Бартлетт.
Дворецкий, поклонившись, отправил с поручением лакея.
– Ландо! Эта тяжеловесная колымага! Нет, я неблагодарный. Пусть будет ландо. – Гидеон критически взглянул на свое отражение. – Что с тобой, Эдуард? У тебя такой странный вид, – заботливо сказал он, поправляя уголки туго накрахмаленного воротничка. – Где ты был?
– Э-э... ездил с визитом.
– Да? – весело сказал Гидеон, расправляя галстук. – Храбрый мальчик. А я думал, ты боишься. – Он резко повернулся и, прищурившись, посмотрел на кузена. – К кому ты ездил? – спросил он другим тоном.
Эдуард немного смутился.
– Я спешу, Гидеон. Мне нужно снова уехать.
– К кому?
Эдуард вдруг обнаружил на своем сюртуке пушинку и принялся тщательно снимать ее. Когда он снова поднял глаза, его лицо залила краска.
Гидеон нахмурился, его терзали самые мрачные подозрения.
– Ты ездил с визитом к мисс Пруденс Мерридью, так? Эдуард надменно поднял брови.
– Если девушке стало дурно в моем доме, вежливость требует поинтересоваться ее здоровьем.
– Не демонстрируй мне фамильную надменность, Эдуард. На меня это не действует. А что до ее недомогания, ты прекрасно знаешь, что оно было притворным. Не говори мне чепухи. Ты решил тайно опередить меня!
– Тайно опередил? – пожал плечами герцог. – Как вульгарно. Скажи еще – украл. Мы, Пентейты, никогда этого не делаем. Нам это не нужно. Это Каррадайсы известны – какой бы подобрать эвфемизм? – нарушением границ. Разве не так?
– Не подменяй тему. Герцог улыбнулся.
– Милый кузен, ты заявлял, что мисс Мерридью тебя совершенно не интересует, и, естественно, как джентльмен, я поверил твоему слову. А теперь мне действительно пора идти.
– Но ты только что приехал! – Гидеон хмуро смотрел, как кузен надвинул касторовую шляпу с круто загнутыми полями на свеженапомаженные локоны. – Для отшельника ты вдруг стал очень общительным. И куда ты отправляешься? Тебе понадобится ландо?
– Нет, можешь его взять. Я отправляюсь на прогулку в Гайд-парк.
– На прогулку?! Ты никогда не гуляешь! – Гидеон взглянул на висящие в холле часы. – В это время в Гайд-парке толпы народу. Весь свет будет там. Тебе это не понравится, Эдуард.
– Правда? – с отсутствующим видом сказал герцог. – Посмотрим.
Гидеон пожал плечами.
– Потом не говори, что я тебя не предупредил.
