"Она, похоже, думала, что это помешает марсианам просто уничтожить наши корабли", - сказал Эдуард. "Я согласился".
Я посмотрел на женщину, рыдающую на моей голой груди. "Они бы… убили бы остальных", - пролепетала она сквозь слезы. "Я... не могла этого допустить". Один зеленый глаз уставился на меня сквозь растрепанные пряди ярко-рыжих волос.
Мои челюсти сжались. Позволив им сбежать, она подвергла жизни каждого мужчины и каждой женщины на "Гаделике" еще большей опасности. Альбе и Гошал - высокопоставленные офицеры и очевидные зачинщики заговора - были бы, несомненно, наказаны. Сьельсинов казнят, и ирчтани, скорее всего, вместе с ними. Младшие сотрудники могли выжить - в конце концов, они лишь выполняли приказ, - но могли и не выжить, а могли и заслужить свое собственное путешествие в Белушу.
"Ты постриглась", - неуверенно заметил я.
Селена поперхнулась. "Я... у тебя тоже все по-другому". Она держала одну мою прядь в почти бесчувственных пальцах. Лишь постепенно она подняла свое лицо к моему. Ее глаза были полны слез, покраснели и распахнулись так широко, что я подумал, что могу в них утонуть. Когда-то, возможно, я бы так и сделал. Теперь я испытывал к ней только жалость. И беспокойство. "Мы все изменились". Она моргнула. "Тебя ведь действительно нельзя убить, правда?"
"Не сегодня", - сказал я и улыбнулся ей.
Она подняла руку, чтобы осторожно коснуться моего лица, но отдернула белые пальцы. "Ты… твое лицо изменилось".
"Я знаю", - сказал я.
"Отойди от принцессы, Марло!" - раздался знакомый высокий голос.
Повернувшись от Селены, я увидел человека, которого надеялся увидеть, выходящим из ворот в конце бетонного двора с одним из своих офицеров в шлеме. Лориан шел с нарочитой поспешностью, которой я никогда раньше в нем не замечал. Трость он оставил, а офицерская фуражка с коротким козырьком, которую он носил, была надвинута почти на глаза, которые горели сосредоточенностью.
"Лориан!" Я двинулся ему навстречу.
Не сбавляя шага, маленький генерал-комендант выхватил из кобуры вольфрамовый пистолет-игломет изысканной работы и выстрелил прямо мне в грудь.
Игломет выстреливал тонкий болт из полированного вольфрама - длиной с кончик большого пальца человека и шириной не больше зубца столовой вилки - со скоростью, во много раз превышающей скорость звука. Я знал его тип. Болт имел форму таблетки, сужающейся с обоих концов и закругленной так, чтобы кувыркаться в воздухе, поворачиваясь, чтобы пронзить все, во что он врежется, со звуком, похожим на раскаты грома.
В меня она не попала, хотя и прошла навылет через мою обнаженную грудь.
Лориан не остановился.
Игломет был полуавтоматическим, и ему приходилось нажимать на спусковой крючок пальцем каждый раз, когда он стрелял. Я насчитал семнадцать выстрелов, прежде чем добрый командир оказался в десятке шагов от меня. Он ни разу не моргнул. Он остановился примерно в десяти футах от меня и, прицелившись мне в лицо, приготовился выстрелить в последний раз.
Я поднял руку.
Время остановилось, и стрела ударила в рампу у меня за спиной, выбив сноп искр.
Офицер, стоявшая по правую руку от Лориана - высокая, худощавая женщина с волосами почти такими же белыми, как у самого Лориана, и черным металлическим имплантатом на правом виске и вдоль скулы под одним ярким глазом - в ужасе наблюдала за происходящим.
"Ты закончил?" раздраженно спросил я.
Остальные стояли неподвижно и молча.
Лориан выстрелил снова.
Вольфрамовый болт прошел сквозь мою грудь и ударил в рампу за спиной, не оставив следа.
"Теперь закончил", - сказал маленький человечек, по-волчьи ухмыляясь.
"Mère de Dieu!" взвизгнул Эдуард, поспешно встав между нами. "Какого дьявола вы творите?"
"Если встретишь Артура-Будду, - усмехнулся Лориан, убирая в кобуру свой игломет, - убей его".
"Не думаю, что старые мастера имели в виду именно это", - сказал я.
"Ты - это действительно ты", - сказал Лориан, широко улыбаясь.
"Я - это действительно я".
Маленький человечек развел руками. "Ты сукин сын!"
"Ты стрелял в меня, Аристид!"
"Я должен был убедиться, не так ли?" - сказал он и обнял меня. "Они сказали, что ты умер!"
"Они много чего говорят", - усмехнулся я, хлопнув мужчину по спине.
Я почувствовал силу в теле Лориана, которой раньше не было. Всю свою жизнь этот человек был пугалом, сделанным из бумаги, соломы и прутьев. Сейчас он казался человеком из железа, и, возможно, так оно и было.
"Это ведь были не только нервные имплантаты?" спросил я.
"Я же сказал, что со мной кое-что сделали". Лориан отстранился и ударил меня по руке. "Ты должен обьяснять. Что, черт возьми, произошло?"
"Тихий", - ответил я.
"Опять?" Лориан посмотрел на собеседника, на его лице отразилось раздражение. "Ты знаешь, Адриан, большинство людей умирают, когда их убивают!"
Я усмехнулся в тон ему. "Когда-нибудь я сделаю это правильно". Я посмотрел на город над головой, забыв о Гошале и своих страхах. "Это твой корабль?"
