Лили, на удивление женственная и милая, привлекала к себе внимание с первых дней своей жизни. Они с Джем были совершенно не похожи друг на друга. Чем старательнее Джем училась работать на ранчо, тем меньше Лили была склонна терпеть одиночество сельской жизни. При первом же удобном случае она уехала учиться и с тех пор редко посещала родное ранчо.
Джем не виделась с Лили с тех пор, как умер отец, да и тогда сестра погостила у них лишь несколько дней после похорон и снова уехала.
Когда праздничный вечер окончился и Джем и Риз закрыли дверь за Фэйрчайлдами, Лили зевнула во весь рот.
– Спасибо, сестричка, – прошептала она на ухо Джем. – Мне нужно было встретить Рождество в родном доме. – Джем обняла ее, разрываясь между противоречивыми чувствами, которые она всегда испытывала к своей сестре.
Когда Джем и Риз оказались в спальне, Риз спросил:
– Ты не говорила мне, что у тебя есть сестра, по какой-то особой причине?
«Конечно! Она красива, а я – нет! « – сказала про себя Джем.
– Нет, – вслух ответила она. – Просто никогда не представлялся случай. – Пожав плечами, Джем подошла к окну и уставилась в чернильную темноту ночи. – И потом, она редко приезжает к нам, и я думала, что после смерти папы... – Голос ее прервался. Джем думала, что после смерти отца Лили не будет больше приезжать в родной дом.
– Значит, на случай Рождества у тебя есть родные.
Джем взяла себя в руки.
– Да, это придает празднику особую прелесть. – Она легко рассмеялась, вспоминая давние рождественские праздники. – Когда Лили была маленькой, она рылась во всех чулках с подарками без спросу и брала все, что хотела. А потом она клала подарки, которые ей не нравились, в мой чулок в обмен на то что взяла. Она и не подозревала, что мама с папой об этом знают.
Риз подошел к Джем и обнял ее сзади за плечи.
– По-моему, ты права. Нам нужны новые воспоминания. Держу пари, что сейчас она бы не посмела отбирать твои подарки.
Джем почувствовала себя в безопасности в теплых объятиях Риза, но холодок в ее душе не исчез. Быть может, Лили уже не станет бороться
Когда Риз с нежностью развернул Джем лицом к себе, она почувствовала в его прикосновении скорее поддержку, чем страсть. Она знала, что ее страхи неоправданны. Ее брак с Ризом – это деловое соглашение. И хотя рука, гладившая ее по волосам, говорила иное, Джем понимала, что это правда: через три месяца Риз уйдет из ее жизни, вернется на свободу, которой он так жаждал, и тогда она сможет посвятить все свои помыслы Чарльзу и жизни, о которой они когда-то мечтали с ним вдвоем. Джем склонила голову на плечо Ризу, удивляясь тому, какую боль в ее душе вызвали эти мысли. Естественно, эта боль могла появиться из-за приезда Лили, так разительно непохожей на свою сестру. Лили была точной копией своей матери. Она всегда была красивой и желанной. Джем вспоминала бесчисленные ночи, когда она лежала, зарыв лицо в подушку и пересчитывая успехи Лили и свои собственные неудачи.
Она вспомнила попытки Лили втянуть ее в общество и свои отчаянные усилия, которые прилагала, чтобы остаться в одиночестве, делая вид, что непопулярность ничего для нее не значит. Джем мучилась из-за того, что ее младшая сестра унаследовала не только красоту и изящество матери, но также и ее способность привлекать к себе внимание.
Если Риз увлечется красотой Лили, то так тому и быть. Когда он уйдет с ранчо, он может гоняться за любой женщиной, какая ему приглянется. Горло Джем сжалось, когда она попыталась напомнить себе, что это значит, что она тоже сможет вернуться к воспоминаниям о Чарльзе. По непонятной причине ей было мучительно думать о том, что Риз окажется в объятиях другой женщины. Она позволила Ризу успокоить себя, отказавшись размышлять а том, что будет, когда он уйдет.
Следующие несколько дней прошли в бурной деятельности. По своему обыкновению, Лили возглавила дела по хозяйству, превратив самые обыденные занятия в драматические события. Она настаивала на том, чтобы устроить большой званый обед на Новый Год, и заявила, что этот дом – настоящий мавзолей, а то и могила, который она намерена вернуть к жизни.
Джем почти все время проводила над бухгалтерскими книгами в кабинете, надеясь хоть таким образом избежать назойливой непоседливости Лили. Когда дверь в кабинет внезапно распахнулась, Джем ни на мгновение не усомнилась, кто к ней пожаловал.
– Почему ты все время торчишь в этой затхлой комнате? – спросила Лили.
– Я работаю. – Лили не заметила намека в словах Джем. Она уселась в кожаное кресло, открыла коробку, стоявшую на буфете и с разочарованием обнаружила в ней лишь несколько сигар.
– А шоколада нет?
– Должно быть, Делла приготовила. Лили рассеянно помахала рукой.
