Ступив в густую тень, она снова исчезла, появившись уже в доме, — в такой же густой тени. Поднявшись, она расправила крылья, и бесшумно полетела по коридору. Потолки были высокие, а лампы внизу не могли осветить их полностью. Да и люди, вверх обычно не смотрели. Добравшись до столовой, спустилась и заглянула на стол, он был пуст. Разочарованно щелкнув зубами, она, прячась в тени, побежала на кухню. Важный человек, зорко смотрел за мальчишкой, который вытирал и складывал, нужные ей вещи. Раньше было просто, а последнее время, все серебро они прятали и запирали. Мальчишка, кстати, ей был не знаком. Саломея с сожалением вздохнула, — пора искать другой дом…
Важный человек, собрал все приборы, и, положив в коробку, понес в шкаф. Надо было действовать, оттуда ей их уже не забрать. Забежав вперед и притаившись в тени, Саломея терпеливо ждала. Как только его нога появилась перед ее мордой, она выпустила когти и царапнула. Человек дико заорал и подпрыгнул, хватаясь за ногу… Коробка упала, а ложки рассыпались. Схватив одну, Саломея быстро скрылась в тень, но даже туда, все еще долетали сердитые крики важного человека.
Саломея пряталась в кустах и нетерпеливо ждала, когда дверь откроется… И вот, скрипнув, дверь дернулась. Оттуда вышел тучный человек в белом колпаке и потянулся. От него шло тепло и одуряющий запах выпечки. Саломея тихо тявкнула… Человек посмотрел в ее сторону и дернулся, а потом улыбнулся:
— Опять ты? Зеленые глазки. За вкусненьким?
Она снова тявкнула и моргнула.
— Вот, сегодня с карамелью и корицей. С шоколадом еще в печи, — он положил сверток с булочками.
Саломея вытянула лапу и утащила в кусты, потом еще раз вытянула лапу и бросила серебряную ложечку. Она уже давно поняла, чтобы получить сладкое, надо что-то оставить ненужное… Можно, конечно, взять просто через тень, но там всегда светло, а когда все уходят… То, что останется, будет не таким вкусным.
Человек подобрал, рассмотрел и довольно хмыкнув, ушел за дверь. Саломея аппетитно захрустела.
Стоя у окна кабинета, Ян еще раз прокручивал события последних двух недель. Все было довольно сумбурно и обычно, но:
— во-первых, он так и не нашел никакой информации по тому дракону, и вопрос «Зачем или почему?» — был все еще актуален;
— во-вторых, его драконы вели себя странно, постоянно к чему-то принюхивались, пугались собственных теней и подозрительно следили за Джоной и Джели (охранниками посла);
— в-третьих, его новый гость… не только вел себя по-хозяйски, что Яна немало раздражало, но и каким-то образом смог заслужить уважение и внимание его драконов. Он часто видел их в саду, посол, оказался магом, и развлекал драконов фокусами. Вроде бы и неплохо, но… Яна все сильнее охватывало чувство беспокойство. Зачем он тут? Ян пытался за ним следить — ничего не нашел, но это лишь усилило его подозрения. Он чувствовал, что посол разговаривает с его драконами, мысленно… О чем?
— в-четвертых, Робин все еще был тут! Отшучивался, жаловался, но не уезжал. Почему?
Ян устало потер переносицу. Заурчав, живот напомнил о себе, и о том, что он давно не ел.
Еще не дойдя на кухню, Ян услышал такие уже привычные звуки, и поморщился:
— Опять мои плюшки жрешь? — Робин, резко перестав жевать, поднял на него глаза, и пожал плечами, — Ты, еще неделю назад, должен был быть отсюда за сотни миль.
— Чего это должен-то? — с трудом проглотив недожеванную пищу, возмутился Робин, — Всем кому должен, давно простил!
Ян укоризненно посмотрел на него и чихнул.
— Вот! — обрадовался Робин, и махнул Митяю подавать булочки и чай, — Правда!
— Ну, конечно, — Ян ухмыльнулся и присел рядом, доверительно наклонился и шепнул, — Рассказывай?
— С начала? — ехидно поинтересовался Робин.
— Сотворение мира можно пропустить, — зная все его шуточки, тут же откликнулся Ян, — про вчера рассказывай. Я помогу: лес, звезды, луна…
Робин сделал совершенно не понимающий вид. Митя поставил чай и булочки, которые Ян тут же подвинул к себе. И с аппетитом надкусил верхнюю.
— Милорд, так это ж он на свидание бегал, — откликнулся простой Митька, Робин поморщился, хотел возразить, но не успел, — Ужо с неделю как. То с одной, то с другой… Нехорошо! Вы б ему сказали, что нехорошо, а?
Ян, с трудом сделав серьезное лицо, посмотрел на Робина и протянул.
— Не хорошо-о…
— Вот кто бы говорил, — Робин снова поморщился и попробовал взять булочку тоже, но тут же схлопотал от Яна по руке, потер и обиженно продолжил, — Сам-то с двумя сразу.
Теперь поморщился Ян, если честно он плохо помнил тот вечер вообще, но не признаваться же.
— Я за дело страдал.
— Страдал он, как же, — пробубнил Робин, и решив, что лучшая защита — нападение, — А хоть и так! Мое личное дело. С кем хочу, с тем и хожу!
— Так я же и не против, — пожал плечами Ян, — Бася спрашивает, потеряла тебя, волнуется. Вот я и думаю, что же ей написать…
Робин побледнел и вжал голову в плечи.
— Бася?
Ян кивнул.
— Ну, напиши, что уехал. Опять. Или вообще, что ничего не знаешь… — начал фантазировать Робин.
— А может, сам напишешь?
— Мне она не поверит, — грустно вздохнул Робин.
— Ну, видимо есть причина?
