– Это та, о ком я думаю? – заинтересованно прикоснулась она к моей руке, что лежала на сокровенном месте девочки. Я же убрал руку, позволяя Акэно поиграться с ней.
– Да, это теперь наша Гаст-тян, – ответил я.
– Гаст? – несколько отвлеклась девушка от сокровенного места Гасты.
– Да, я подумал, что ей нужно дать новое имя, – ответил я и снова прикусил ушко лежащей передо мной девочке. – Слышишь? Теперь твоё имя Гаст, – прошептал я, когда удостоверился, что получил её внимание.
– Ара-ара, а я, видимо, здесь затем, чтобы наглядно продемонстрировать этому ребёнку суть взрослых отношений? – ехидно поинтересовалась Акэно. И стала расстёгивать мне ширинку.
– Я знал, что ты поймёшь меня.
Она освободила мой напряжённый инструмент, и девочка, прижавшись к нему, сразу начала об него тереться. Вот только я прижал её к себе и не давал двинуться, и она только и могла, что едва-едва двигать тазом в попытках достичь большего соприкосновения.
Акэно начала водить руками, а после и вовсе стала лизать его. Девочке тоже перепадало, она, постанывая, хотела большего, только я не давал ей этого. Затем Акэно запустила в неё свои пальчики и стала играться с клитором, добившись от Гасты более сладких и громких стонов.
Бывшая ферзь Риас даже отвлеклась от меня, усиленно доводя девочку до финала. Не переставая играть с ней, она в какой-то момент решила добавить немного электричества, на её лице проступила садистская улыбка и она пропустила сквозь пальцы лёгкий заряд тока. В ту же секунду девочка издала громкий писк на грани с ультразвуком и финишировала.
– Да, – кивнула Акэно. – Теперь я понимаю, почему Гаст.
– Ага, именно поэтому, – согласился я. – Продолжим? – спросил я, откладывая в сторону девочку.
– Конечно! – ехидно сказала она, запрыгивая на меня.
Не терпя ни секунды, она направляет меня в себя и со сладким стоном опускается. Одновременно с этим она начала покрываться словно саваном из молний, который лишь добавлял острых ощущений и пикантности ситуации.
Мы не спешили и двигались размеренно, страстно целуясь, и ждали, пока девочка придёт в себя и увидит эту картину. Я при этом игрался с её объёмной грудью и добивался большего сжатия. Вот любит она пикантную боль…
Левой рукой помогаю ей двигаться, а правой играюсь с её соском, то неторопливо его покручивая, то оттягивая, а то и вовсе начиная тянуть её грудь к себе. Не вытерпев, начинаю играть с её грудью своим языком.
В этот момент девочка наконец-то пришла в себя и стала наблюдать за нами, играя с собой. В комнате стояла лёгкая полутьма, так как за окном уже был вечер и освещение было соответственным, однако в комнате плясали маленькие золотые молнии, освещающие всё вокруг небольшими вспышками бело-золотистого света, при этом иногда они перескакивали на девочку и доставляли ей удовольствие.
А мы тем временем всё продолжали играть друг с другом, и девушка тоже игралась с моим телом. Я же в какой-то момент стал терять терпение, наши движения стали нарастать… чтобы в один миг прекратится. И нет, это был не конец, я просто решил сменить позу.
Акэно ещё не успела понять, что произошло, а я уже поставил её в позу собаки и стал нетерпеливо в ней двигаться, при этом я стал оттягивать её к себе за руки, в отчасти даже заламывая их. Девушка отреагировала так, как я и думал – она вмиг стала более чувствительной и громкой. Да, ей нравится такое, ей нравится, когда над ней доминируют. Что поделать, ведь она, даже будучи садисткой, при этом отчасти является мазохисткой.
Движения всё нарастают, её саван молний тоже становится сильнее, а молнии – больше и ярче, хотя и не настолько, чтобы стать проблемой. Гаст смотрит на это и не прекращает играть с собой. Мы же с Акэно продолжаем получать удовольствие, я отпускаю её руки и вместо этого хватаюсь за её объёмную грудь и сжимаю, Акэно не выдерживает этой смеси сладкой боли и наслаждения и кончает, я же не разочаровываю девушку и через пару секунд тоже финиширую. По комнате разносится наша песня, которая заставляет Гасту отвлечься от своего занятия и прислушаться к ней.
– Ара, кто-то была плохой девочкой и игралась с собой, пока мы показывали тебе, чем занимаются взрослые, – прокомментировала это Акэно. – Атрум, что скажешь, её нужно наказать?
– Определённо нужно, – согласился я.
– В таком случае… – многозначительно сказала она.
– О да… – понял я.
Миг – и мы держим девочку за руки и за ноги. Акэно раздвинула ей ноги и стала лизать, а я начал играться с её телом, попутно не давая ей перевернутся и уползти… и спустя несколько секунд замечаю, что она и не пыталась этого сделать.
Видя это, я снова пристраиваюсь сзади к Акэно. И снова повторяется процесс, но теперь Акэно бьёт электричеством и меня, и Гасту, что вызывает у девочки стоны удовольствия. Похоже, они нашли друг друга… В процессе они обнялись, и Гаст, чувствуя меня внутри Акэно, при этом пыталась слегка туда-сюда ёрзать.
