Грузовой склад оказался неудачным. Мы дважды обогнули здание, но после того, как Фокс поднял меня на плечи, чтобы заглянуть внутрь через высокое окно, стало ясно, что мы опоздали.
— Там пусто. — Мои плечи поникли. — Все исчезло, как будто они очистили дом, как только закончили погрузку отправляемого груза.
— Я боялся этого. — Его хватка на моих бедрах ослабевает. — Черт побери.
— Разберемся с этим. У тебя есть те фотографии. Надеюсь, мы сможем их использовать.
Фокс неровно вздыхает, снимая меня со своих плеч, как будто я ничего не вешу. Его острая челюсть стиснута, на щеке дрожит мускул. Я поднимаюсь и провожу большими пальцами по его лицу, пока внимание не возвращается ко мне. Он расслабляется и опускает свой лоб на мой, руки находят мою талию.
— Прости, — произносит он. — Я думал, что после такого большого перерыва мы сможем узнать что-то большее.
— Все в порядке.
— Давай вернемся. Похоже, может пойти дождь.
Взяв за руку, он ведет меня обратно к низко нависшему дереву, где он припарковал Harley, чтобы спрятать от всех, кто мог бы нас здесь застать. Фокс садится в машину и передает шлем, прежде чем я перекинула ногу через мотоцикл и заняла место позади. Кожа его куртки прохладная на ощупь, когда я обхватываю его руками. Как только двигатель взревел, мы помчались прочь от загадочно стертого склада, который лаборатория Нексус использовала для распространения наркотиков, которые они производили.
Мы находимся в пути всего несколько минут, прежде чем Фокс напрягается.
— Что такое? — кричу я, чтобы меня услышал из-за ветра.
Он поворачивает голову назад, чтобы тайком оглянуться на нас сзади, а затем снова поворачивается лицом вперед. Если он встревожен, это не может быть хорошо. Я хочу оглянуться, но его голос останавливает меня.
— Держись крепче, — приказывает он.
Это единственное предупреждение, которое получаю перед тем, как он резко поворачивает на гравийную дорогу, соединяющуюся с другой полосой. Когда мы выезжаем на нее, направляясь в противоположную сторону от склада Фокса, я вижу его — внедорожник в черном, который едет за нами.
Мое сердце стучит в ушах достаточно громко, чтобы сравниться с рычанием двигателя мотоцикла, и я крепко держусь за руль, пока Фокс ведет нас по дороге. Это не похоже на прошлый раз, когда его преследовали, когда мы были в его машине и могли скрыться в более населенном центре города. На этот раз есть только длинные участки дороги, окруженные предгорьями и случайными складами в районе судоходства.
Позади нас внедорожник набирает скорость, держась на хвосте мотоцикла. Фокс ругается и выбирает другой маршрут. Мои пальцы болят от того, как крепко сжаты в кожаной куртке. Мы виляем на поворотах и летим по дорогам, поднимаясь все выше в горы, где мотоцикл маневрирует быстрее, чем внедорожник.
Когда наконец теряем хвост, Фокс проводит еще двадцать минут, ведя нас по извилистой дорожке, все еще не до конца расслабившись. В конце концов мы возвращаемся к нему домой. Мои конечности затекли, когда мы слезли с мотоцикла, и его большие грубые руки помогают снять шлем. Он прижимает меня к своей груди, обнимая.
— Близко, — бормочу я, просовывая руки в его распахнутую куртку.
— Слишком близко. — Он сжимает меня крепче. — Пойдем. Мы должны посмотреть, что у твоих родителей было на компьютере.
Когда мы поднимаемся по лестнице из гаража, тучи разверзаются и начинается сильный дождь, который хлещет по гравийной площадке, быстро образуя лужи и реки. Фокс отряхивает свою кожаную куртку и запускает руку под свою футболку, поднимая ее, как он гоняется за зудом. Ливень создает белый шум, усиливаемый металлической крышей и большими промышленными окнами, опоясывающими второй этаж.
Мы возвращаемся на свои прежние места на диване, и я передаю флешку, которую использовала для копирования жесткого диска компьютера в домашнем офисе родителей. Фокс подключает ее. Телефон вибрирует от сообщения, и я достаю его из заднего кармана обрезанных шорт, в которые переоделась перед тем, как мы отправились на склад.
— Это Холден, — говорю я, когда Фокс бросает любопытный взгляд. — Он просто проверяет. Хочет убедиться, что со мной все в порядке. — Я провожу пальцами по волосам и бросаю на него взгляд исподлобья. — Ну, знаешь, поскольку это мой первый раз, когда я убегаю и все такое.
Он фыркает. — Тебе восемнадцать, а не восемь. Не думаю, что это больше не называется побегом.
— Семантика.
Пока Фокс все готовит, я пишу брату.
Мэйзи: У меня все хорошо [знак мира эмодзи].
Холден: Где ты? Я позвонил Тее, потому что предполагал, что ты пошла именно туда, и она сказала, что не видела тебя.
Мэйзи: Думала об этом, но она была занята своими делами, я не хотела сваливать на нее еще больше. Она должна просто наслаждаться замужеством и сосредоточиться на своей пекарне прямо сейчас, не позволяя мне заниматься каучсерфингом.
Холден: Так где же ты?
Мэйзи: В безопасности и это все, что тебе нужно знать. Держи меня в курсе, если мама и папа собираются послать поисковую группу, потому что я «слишком драматизирую.» [эмодзи закатывающий глаза].
