С черным матовым стеклом и золотыми акцентами на дверях он выглядит эксклюзивным и чрезвычайно высококлассным. Но есть и другой взгляд. Как будто там больше, чем то, что бросается в глаза.
— Он любит танцевать? — Я выгибаю брови.
— Нет, это секс-клуб. — Щеки Эми краснеют, и я прикусываю внутреннюю часть губы.
Мама хмурится и сильно кусает задние зубы. — О Боже, этот план становится все хуже с каждой минутой.
Я не могу не согласиться, но если это так, то это так.
— Здесь он проводит некоторые из своих деловых встреч, — объясняет Эми. — Кажется, он там почти каждый вечер. Когда его нет, он в Romanov Logistics, и ходить туда слишком рискованно. Это тщательно охраняемое место, и попасть к боссу можно только по предварительной записи. Ты не пройдешь за дверь.
Мама обеспокоенно смотрит на меня, и ее руки дрожат, когда она складывает их вместе.
— Я буду в порядке. — Я уверяю ее, хотя у меня нет возможности узнать это. Я успокаиваю ее в любом случае, потому что я должна. Я не могу быть в Лос-Анджелесе и беспокоиться о том, что она беспокоится обо мне.
Она слегка кивает, и я чувствую себя более непринужденно. Я провожу всю ночь, пытаясь убедить ее, что это был единственный выход, и я единственная надежда на то, что мы узнаем, что случилось с Эриком.
Она слушает, потому что знает, что я права, но она все равно беспокоится за меня, а я не могу ей помочь, когда сама переживаю.
— Итак, это клуб, — говорю я Эми.
Она кивает. — Он в пятнадцати минутах ходьбы от отеля, так что это идеально. Единственная часть этого плана, на которой тебе нужно сосредоточиться, — это войти и выйти из отеля так, чтобы тебя не увидела охрана. Я думаю, из-за того, как обустроен номер, ты могла бы сделать это легко, но всегда есть риск. Может быть, если ты увидишь, как все пойдет в первую ночь, то ты поймешь, как оценивать ситуацию оттуда.
— Я думаю, это хорошая идея, — соглашаюсь я.
Отель, в котором я остановлюсь, называется Regis. Когда мы нашли отель и проверили номера, Эми поняла, что я могу входить и выходить из номера незамеченной, используя пожарную лестницу. Она связана с балконом.
Как только мы выяснили, как мне сбежать от охранников, в голову пришла идея, когда я смогу сбежать.
Я буду использовать свой чертов комендантский час по полной, просто не так, как мне приказали. Вместо того, чтобы быть в доме в девять, я буду снаружи.
На улице в секс-клубе.
Боже мой. Я никогда не думала, что когда-нибудь окажусь где-нибудь рядом с одним из этих мест. Но я сделаю то, что должна.
Это не может быть проблемой.
Мне нужно сосредоточиться на важных вещах. Например, что, черт возьми, я собираюсь сделать, чтобы сблизиться с таким человеком, как Эйден Романов.
И, черт возьми, что я ему скажу?
Я не могу просто подойти к нему и попросить нужную мне информацию.
— Ну, вот и все, — неуверенно заявляет Эми, переводя взгляд с меня на маму. Она заканчивает раскладывать остальные листы бумаги, и в итоге получается пять листов. Один лист с личными данными Эйдена, его фотография, клуб и, наконец, фотография Эрика с его татуировкой. — Остальное — на тебе.
— Что ты сделаешь, когда увидишь его? — спрашивает мама, глядя на фотографию Эйдена.
— Я что-нибудь придумаю, — отвечаю я, зная, что лучше придумать что-нибудь хорошее.
— Он не просто скажет тебе то, что тебе нужно знать.
— Я знаю. — У меня такое чувство, что этот человек не колеблясь убьет меня. — Мне придется найти способ убедить его.
Я могу сделать две попытки угадать, что будет означать сближение с таким человеком, как Эйден, но уверена, что мне хватит одной попытки.
Я уверена, что только одно сработает с главарем русской мафии, владеющим секс-клубом, и это сам секс. Такие мужчины все одинаковы.
Когда моя мать смотрит на меня, я вижу по ее глазам, что она знает, о чем я думаю, но она этого не скажет. И я тоже.
Я воспользуюсь любой возможностью, чтобы получить необходимую нам информацию любыми средствами.
Найти Эрика — единственная надежда, за которую я должна держаться. И это шанс, которого у меня может больше не быть.
Эрик, возможно, влип в серьезную историю, присоединившись к Ордену, но в глубине души я знаю, что если бы ситуация изменилась, он бы отдал жизнь, чтобы вернуть меня.
Что бы я ни делала, я должна быть уверена, что делаю это хорошо. Я не могу все испортить.
Я не могу потерпеть неудачу и сделать ситуацию хуже, чем она уже есть.
Оливия
— Вам еще что-нибудь нужно, мисс Маркова? — спрашивает Йев, изо всех сил стараясь не смотреть на маленькое кружевное черное неглиже, которое я ношу.
— Нет. Мне больше ничего не нужно.
Я скрещиваю одну длинную золотую ногу с другой, слишком обнажая бедра. Достаточно, чтобы его убило, если бы Джуд был здесь и застал его за тем, как он смотрит на меня.
Йев — один из самых доверенных телохранителей Джуда, на одну позицию ниже старшего телохранителя. Вот почему его выбрали, чтобы он пошел со мной. Алекс такой же.
Джуд выбрал своих лучших людей. Тех, кому он мог доверять, чтобы они следовали его приказам, исполняли его распоряжения и следили за тем, чтобы я делала то, что мне говорят.
