Я сижу на траве и что-то записываю в блокноте, одновременно осматривая ворота и прилегающую территорию.
Со своего места я вижу тропинку, но не вижу, куда она ведет, или что-то еще, сквозь кованые перила.
Единственное, что я могла бы использовать, чтобы взломать этот замок, с пером от ручки. Эрик научил меня, как это сделать. Если мне удастся сделать это и пройти через ворота, остальная часть плана будет игрой в догадки.
Ворота, может, и старые, но Эйден Романов не дурак. Он подключит всех, чтобы убить тебя, если понадобится.
Максим сказал, что воды кишат акулами. Как чертовски типично для Эйдена жить рядом с водами, кишащими акулами. В то время как все остальные, вероятно, выбирали свои дома из-за вида и красоты жизни на побережье Калифорнии, он, скорее всего, выбрал это место из-за акул. Я даже не удивилась, когда Максим это сказал.
Я хороший пловец, если мне придется плыть, но мне придется быть осторожной с любыми неприятными существами. Я слышала об акулах в этих водах, и они обычно не беспокоят тебя, если у них нет причин для нападения. Это, однако, не означает, что я хочу плавать с ними.
Но если придется, я это сделаю.
Я не захожу в дом, пока не стемнеет, а когда я это делаю, аромат готовки Ирины щекочет мне нос и дразнит желудок. Говяжья запеканка, которую она приготовила на обед, была божественной и напомнила мне о маминой стряпне.
Вместо того, чтобы пойти наверх, я удивляюсь, когда охранник ведет меня в столовую, где на длинном столе из красного дерева разложены изысканные блюда. Там есть жареный цыпленок с хрустящей золотистой корочкой и несколько блюд с овощами и другими видами еды.
Охранник оставляет меня и закрывает дверь.
Я смотрю на еду, и меня охватывает острая боль голода от этого зрелища, но любопытство побеждает, когда я оглядываю комнату. Помимо спальни, ванной и дорожки, ведущей наружу, это единственная часть дома, в которой я была, и от прекрасного декора у меня перехватывает дыхание. Он производит эффект — меньше значит больше, со столом и стульями вокруг него, но мне нравится сам дизайн комнаты с нюдовыми цветами на стене и элегантной люстрой в центре.
Передо мной — стеклянные двери, и я уже догадываюсь, что эта секция должна вести в кабинет Эйдена.
Решив, что еда может подождать несколько минут, я подхожу к дверям и открываю их.
Меня встречает бежевая кожаная мебель с классными бордовыми отделками по краям. Еще одна хрустальная люстра висит на потолке, а на глянцевой деревянной стене выставлены старинные тарелки с акварельными изображениями пейзажей России. Я знаю, что это Россия, потому что узнаю это место.
Ощущение такое, будто я только что зашла в чужой дом. Место, которое не подходит Эйдену. Не потому, что ему не хватает склонности к изысканности или классике, а скорее потому, что он слишком груб.
Я уверена, что этот человек должен зарабатывать миллиарды. Он просто не ведет себя как миллиардер.
Я подхожу к чему-то, что привлекает мое внимание на каминной полке. Это маленькая кованая железная фигурка феи с маленькой птичкой в руках.
Похоже, на нем была краска, но она обгорела.
Я поднимаю ее и осматриваю.
Да, определенно похоже, что ее сожгли.
Какая странная вещь, которую нужно хранить. Еще более странно, что она стоит там на виду на каминной полке, и больше ничего нет. Никаких картин на стене или чего-то еще, что человек мог бы иметь дома.
Я поднимаю фигурку и рассматриваю ее под светом.
Сгорела…
Что-то грустное промелькнуло в моей голове. Это осознание чего-то, что щелкает. Я сложила два плюс два, и у меня есть чувство, что я могу догадаться, почему она выглядит сгоревшей. Статуэтка могла быть чем-то, что Эйден спас из пожара, в котором погибла его жена.
Он ищет своего сына.
Я не могу себе представить, каково это.
Несмотря на внутреннее смятение, я задавалась вопросом, как все это произошло. Это, безусловно, объясняет, почему он такой, какой есть. Хотя даже я не могу винить его за это.
Резкий звук, словно кто-то прочищает горло, вторгается в мои мысли.
Я оборачиваюсь и вижу Эйдена, стоящего в арке двери, ведущей в столовую.
Мои губы приоткрываются, когда я вижу его целиком и вспоминаю прошлую ночь с идеальной ясностью.
Как он попробовал меня, поглотил меня и заставил меня жаждать большего.
И сейчас я снова чувствую то же самое.
Как я могу так относиться к мужчине, который ушел от меня после того, как поделился со мной чем-то столь диким и интимным?
— Я думаю, ты уже достаточно на нее посмотрела. Положи на место, — говорит он, как обычно отдавая мне приказы. Отрывистый тон его голоса возвращает меня к реальности, напоминая мне, кто он и кем мы не являемся. — Положи и иди ко мне.
Дрожащими руками я ставлю статуэтку на каминную полку, делаю глубокий вдох и подхожу к человеку, который так сильно меня поразил.
С каждым шагом, который я делаю к нему, в моей голове крутится вопрос о том, что произойдет сегодня вечером.
Что бы ни случилось, я не думаю, что мое сердце выдержит.
Эйден
Я вижу, что она чертовски зла на меня, когда подходит ко мне.
