— Не думаю, что они обнаружат пропажу, они в последнее время крайне редко здесь бывают, — заявил Томас. — Но через месяц зима закончится, и они переедут сюда, и тогда прощай наш побег, поэтому нам нужно успеть сбежать до наступления весны. У нас в запасе только месяц, а без Валерии мы бежать не будем.
— Хорошо, я попробую узнать всё как можно быстрее. Главное, чтобы Воланд не явился сюда раньше времени, — пообещала эльф.
— Кстати, на счёт Воланда, я в той комнате увидел его старую фотографию, где он изображён молодым и понял, что не просто на него сильно похож, но я полностью его копия! — повысив голос, сообщил Томас. — Разве может такое быть? Это немыслимо! Ты, случайно, не могла бы мне объяснить, почему это так?!
— Нет, я не могу этого объяснить, потому что ему прислуживала моя мать, а я его даже не видела в молодые годы и мало, что про него знаю.
— Ты опять мне лжёшь! — не поверил ей Томас.
— Да нет же! Мне больше нечего от вас скрывать, — искренне заявила эльф. — Но зато Джек может многое о нём рассказать, если сильно попросить. Он знает его, как свои пять пальцев.
После долгих доказательств Томас наконец-то поверил эльфу и решил потом поговорить об этом с Джеком, но знал, что эффективнее будет лучше поговорить с самим Воландом.
После того, как эльф отправилась выполнять задание, Томас замотал остальные медальоны в платок и пока спрятал их в углу комнаты под толстым ковром. На следующий же день дети подняли дикий скандал и просили, чтобы их выпустили на волю. Больше всех возмущалась Марианн, её дверь уже была на грани вылета с петель. Об этом наказании узнали императоры.
Через пару дней детей навестил Тинхам и приказал им собирать вещи и спускаться вниз. Детей это слегка насторожило, но они были так рады выйти из своих комнат, что быстро выполнили приказ. Когда они собрались в вестибюле Тинхам сообщил детям, что они на месяц переезжают в Зимний дворец, а потом вместе с императорами вернуться обратно в резиденцию. Дети совершенно не собирались жить под одной крышей с императорами. Их план побега просто рушился на глазах, и дети догадывались, кто им мешал. К сожалению, они не могли противиться чужой воле, и вынуждены были подчиниться. Детей с их ничтожными пожитками посадили в знакомую чёрную машину, и Тинхам вместе с ними поехал в Зимний дворец. Как ни странно, Чистильщики не поехали с ними, и от этого было немного легче. Не успели они и глазом моргнуть, как машина уже просочилась сквозь ледяную стену и доставила их к замку. Здесь было по-прежнему сказочно красиво, и вокруг стояла загадочная тишина. Внутри замка почти ничего не изменилось, разве что исчезла сцена с музыкальными инструментами и появилась различная мебель нежно голубого цвета. Всё вокруг было сделано со вкусом, но в замке не было домашнего уюта, тепла и любви, к которым привыкли дети. Здесь царила только холодная атмосфера, которая нагоняла тоску по родному дому.
Не успели слуги взять у них багаж и верхнюю одежду, как в вестибюле раздался знакомый голос.
— Добро пожаловать в ваш новый дом на этот месяц! Надеюсь, вам очень понравится новая обстановка!
Дети дружно обернулись и увидели Наблюдателя, стоявшего возле огромных песочных часов и самодовольно улыбавшегося.
— Здесь вы будете чувствовать себя более свободнее. В этом доме нет ни единой камеры, нет Чистильщиков и замков. Вы будете ходить где угодно и делать, что захотите. За вами не будут повсюду следовать надзиратели, но здесь есть я! Теперь мы часто будем видеться и узнаем друг друга поближе.
Лучшего дети себе и представить не могли. Они вдруг захотели вернуться обратно в мрачный замок, нежели видеть каждый день этого типа.
— Сейчас слуги проведут вас в ваши новые апартаменты, а вечером я зайду за вами и проведу в столовую. Сегодня вы будете ужинать вместе с императорами, — сообщил Наблюдатель, после чего дети совсем помрачнели от такой новости.
— А нам обязательно с ними ужинать. Ведь мы можем поесть отдельно у себя в комнатах? — тут же попыталась изменить ситуацию Марианн.
— Никаких отдельно! За ужином императоры сообщат дальнейшую вашу судьбу, так что явитесь в обязательном порядке и без всяких фокусов! — уже грубо рявкнул Наблюдатель и указал им рукой на лестницу.
