Я думала, что больше не вернусь в этот город. Но четыре года спустя я вновь оказалась здесь… И все ради выпускного года в Королевской Академии.Где встречи с Джейсом Ковингтоном мне не избежать.Мой первый друг. Первая любовь. Первый поцелуй.И первый, кого я оставила.Но теперь он давно не тот мальчик, которому я отдала свое сердце.Новый Джейс так же жесток, как и прекрасен. Вместе со своей прославленной свитой он полон решимости превратить мою жизнь в настоящий ад.Они ждут, что я буду целовать землю, по которой они ходят, но я лучше съем грязь.Если Ковингтон хочет, чтобы я ушла, ему придется сильно постараться. Потому что я никогда не была той, кто честно играет по правилам.
Copyright © 2019 by Ashley Jade for Cruel Prince The moral rights of the author have been asserted
В оформлении издания использованы материалы по лицензии @shutterstock.com
– Мы не позволим им так легко отделаться.
Младшая сестра посмотрела на меня глазами, полными слез.
– Что мы можем сделать, Джейс? Они уже победили. Лиама больше нет. – По ее щеке скатилась слеза. За все мои четырнадцать лет я не помню, чтобы она столько плакала. – Как и мамы.
– Она права, – прошептал мой брат Коул. – Есть вероятность, что мы сможем уговорить папу переехать куда-нибудь.
Его постоянная ухмылка исчезла с лица, а карие глаза стали почти такими же безжизненными, как глаза Лиама, когда я нашел его в шкафу три дня назад.
У меня все сжалось внутри. Больно было на него смотреть.
Никто никогда не догадывался, что они однояйцевые близнецы, ведь у них были совершенно разные характеры. И сейчас это служило лишь очередным напоминанием о том, что все полетело к чертям.
Моя семья постепенно разваливалась. Отец был слишком поглощен работой и собственным горем, чтобы попытаться что-то сделать.
Но это не значит, что
Я подвел Лиама, моего младшего брата и лучшего друга, но я не имел права подвести единственных брата и сестру, которые у меня остались.
Я не мог позволить этому городу и его жителям разрушить мою семью.
Однажды мама сказала мне, что на правах старшего брата я должен присматривать за младшими. Мне нужно было стать человеком, на которого они всегда могут положиться, научить их уверенно идти по жизни, чтобы дальше они самостоятельно справлялись со всеми трудностями.
Но чтобы это сделать, мне пришлось выключить всю свою боль и позволить ярости, сидящей внутри меня, вырваться наружу.
Ни пролитые слезы, ни моления Бога о чуде не смогут вернуть маму и брата к жизни.
Бог давным-давно уже перестал слушать.
Мой папа был рядом с мамой, когда она сделала свой последний вдох.
И теперь я единственный, кто у них остался.
Это значит, что в моем сердце уже просто не находилось места для печали и горя. Теперь я должен заботиться не о мертвых, а о живых.
Гнев стал сильнейшей движущей силой.
Я встал.
– Мы никуда не поедем.
На их лицах читалось недоумение.
Коул уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но я перебил его. У него будет время сказать все, что он хочет, после того, как я закончу. Мне нужно было сказать что-то важное.
– Они только и ждут, чтобы мы уехали.
Роял-Мэнор полон богатых уродов, которые предпочитают бегать от своих проблем, вместо того чтобы решать их.
Лиам умер, потому что кучка кретинов из нашей школы нашла забавным издеваться над ребенком с тревожным расстройством и заиканием.
И меня не было там в момент, когда он нуждался в моей защите. Ведь я был
– Они связались не с той семьей. – Я скрестил руки на груди. – Я думаю, им пора испытать то же самое на собственной шкуре. Мы заставим их пройти через тот же ад, через который прошел Лиам.
Решимость лилась из меня так сильно, что я чуть было не подавился ею.
– И мы не остановимся, пока каждый из них не станет бояться нас.
Бьянка вытерла слезы рукавом.
– Они заплатят за все.
На лице Коула снова появилась ухмылка.
– Мы захватим этот город и заставим всех подчиняться.
От одного взгляда на эту ярко-розовую записку, прикрепленную к двери, я начинала нервничать. Мне бы было достаточно просто записки, в которой написано, где лежит ключ.
Тем более – это было бы гораздо более безопасно.
Не то чтобы Роял-Мэнор был опасным городом, я бы даже сказала, наоборот.
На самом деле низкий процент преступности и хорошие районные школы стали главными критериями того, что мои родители хотели вырастить меня здесь.
И если бы моя мама не умерла, когда мне было восемь, а папа бы не подцепил себе новую жену, которая хотела переехать в шикарный городок на Западном побережье, когда мне исполнилось четырнадцать…
