Двое надзирателей работали вместе, чтобы не дать ему взять под контроль воздух или почву. То были широко распространённые уловки, которыми маги пользовались друг против друга на арене. Тириону придётся сделать то, что волки не ожидали.
«Волки», — внезапно подумал он, и ему в голову пришла идея.
Используя толику эйсара, он создал внезапный всплеск звука, задав ему высокий тон в надежде на то, что это дезориентирует магов Гэйлинов. Их слух должен был иметь гораздо большую остроту, чем его собственный, учитывая их нынешнюю форму. Затем он отпустил щит вокруг телеги. Собрав оставшийся эйсар, он потратил часть его на расширение своего зачарованного щита вовне, очистив воздух вокруг себя на расстояние в несколько футов, прежде чем отпустить и этот щит тоже.
Внезапно образовавшаяся вокруг него пустота дала ему некоторое пространство для манёвра, и он прыгнул вперёд и вверх, сфокусировав свою силу в одном наручном клинке, делая его как можно более длинным и острым.
Атака Чарлэйнума была сфокусированным копьём сплетённой в заклинания силы, предназначенным для того, чтобы пробить окружавший его щит. Внезапная смена Тирионом тактики сбила прицел, но атака всё равно пробила ему левую ногу, одновременно с тем, как силовой клинок Тириона разрубил собственный щит Чарлэйнума, и рассёк череп этого Ши'Хар.
Однако его звуковая атака сработала не так хорошо, как он надеялся. Она встряхнула волков, но те быстро пришли в себя. Двое надзирателей послали в него подобные копьям силовые удары до того, как он смог восстановить свою защиту, и пробили ему плечо и живот. Тирион упал, потеряв равновесие, и ударившись о землю, одновременно снова возводя вокруг себя щит.
Он увидел, как рядом с телегой арбалет Кэйт выбил из строя одного из волков, которым было поручено их схватить, однако второго нигде не было видно.
Истекающий кровью и объятый болью, Тирион силился встать, опираясь на свою единственную оставшуюся неповреждённой ногу. Пятеро волков окружили его, когда он открыл рот, и засмеялся:
— В сердце не попали. Вы ещё пожалеете об этом.
Один из волков встал, перекинувшись в человеческую форму, прежде чем произнёс:
— Ты умираешь, Тирион.
— Сперва ты, — ответил он, осклабившись. В его глазах сверкало безумие.
— Ты теряешь кровь, слабеешь, — сказал надзиратель Гэйлинов. — Детей ты тоже больше не можешь защищать. Ты проиграл. Бросай щит, и я обеспечу тебе быструю кончину.
— У меня ещё осталось достаточно крови, чтобы прикончить вас, — сказал Тирион. — А мне только это и нужно.
Когда эти слова сорвались с его губ, щит вокруг телеги снова появился. Внутри круга стоял ещё один маг, мощный, судя по исходившему от него ощущению силы.
«Бля», — подумал Тирион. Один из магов Гэйлинов пробрался внутрь. Он действительно проиграл. «Но вот этого вот убить я ещё смогу».
На лице надзирателя Гэйлинов промелькнуло выражение неуверенности, и он попятился. Повернувшись к волкам, он сказал:
— Мы возвращаемся в Гаролтрэа. Бой окончен. — Снова обратившись волком, он отступил вместе с остальными.
Сбитый с толку, Тирион наблюдал за тем, как они отступали, но не стал зря растрачивать эту возможность. Обратив своё внимание внутрь, он начал закупоривать кровеносные сосуды, останавливая стремительно убивавшее его кровотечение. «Прокол лёгкого, пробитая печень, и нога…». Любая из этих трёх ран могла быть фатальной сама по себе, но только если сразу не позаботиться о ней. Он перекрыл получившие повреждения маленькие артерии и вены, и залечил кожу снаружи. Это было ещё далеко не всё, но оставшееся не было срочным, да и сил у него в тот момент уже не было.
Тирион медленно сполз на землю. Он был вымотан до мозга костей… и ему хотелось пить. Он всё ещё не понимал их отступления, и его разум слишком затуманился, чтобы сфокусироваться на другом маге, который всё ещё стоял внутри щита, укрывавшего телегу и остальных.
— Потом его убью, — пробормотал он себе под нос, когда его зрение сузилось до тёмного туннеля. Его глаза закрылись, и Тирион позволил небытию поглотить себя.
— Надо убить его, пока у нас есть такая возможность.
Голос принадлежал девушке, хотя он не мог быть уверен, какой именно.
Мужской голос ответил:
— Он всё равно умирает. Давайте просто вернёмся домой.
— Надзиратели придут за нами. Некоторые из них всё ещё живы, — сказал ещё один парень.
— Он не умирает, — этот голос принадлежал Кэйт. — И никто не будет его «приканчивать», пока я здесь.
— Мы погрузим его на телегу, и продолжим путь, — сказал ещё кто-то. Этот голос Тирион узнал: Гэйбриэл Эванс. В его голосе звучала определённая уверенность и толика властности, прежде отсутствовавшие.
— Кто умер, сделав тебя королём? — спросила одна из девушек.
— Вы будете делать то, что я говорю, — ответил Гэйбриэл. Тирион ощутил всплеск эйсара, и короткая вспышка света окрасила внутреннюю часть его век в оранжевый цвет.
— Ты даже ещё не знаешь, как этим пользоваться, — со всё ещё некоторым вызовом сказала девушка, хотя теперь её голос стал тише. Тирион догадался, что этот голос принадлежал Бриджид.
