– Средства массовой информации стали ареной для гладиаторских боев, – сказал он. – Вы вытаскиваете людей под свет прожекторов, подбадриваете их криками и аплодисментами, а потом наслаждаетесь, наблюдая, как они истекают кровью и умирают.
Анника спокойно посмотрела на него.
– Гладиаторы считались главными знаменитостями Римского государства. Это были не просто рабы и христиане, которых заставляли драться в манеже, молодежь из высшего общества рвалась туда добровольно. Дело дошло до того, что пришлось ввести нижний возрастной ценз для желавших стать гладиаторами…
Хенрик вглядывался в нее несколько секунд. Потом повернулся на каблуках и удалился вверх по лестнице.
Вальтер посмотрел по сторонам широко открытыми глазами. Его этические сомнения, похоже, растворились в сухом подвальном воздухе.
– Какое странное место для банкнотного архива, – прошептал он.
Анника прищурилась, обратив взгляд в темноту вниз по коридору. Это место напомнило ей подземелье в многоквартирном доме на Таттарбакене в Хеллефорснесе, где она выросла, в нем тоже было три этажа, точно как здесь, с прачечными и сушильными помещениями и кладовками, разделенными металлической сеткой. Благодаря близости к Стокгольму данное здание, однако, выглядело более приятно при том же возрасте, чем его родные братья из сёрмландской глубинки. Лестничную площадку явно недавно покрасили, а каменный пол был натерт до блеска. Маленький письменный стол с настольной лампой и стул стояли в небольшом закутке перед подвальным коридором.
Помощница аудитора выкатила им тележку с нагруженными на нее папками. Их оказалось не так много, четыре от одного банкротства и три от другого.
– Просто оставьте их здесь, когда закончите и поднимитесь предупредить меня, – сказала она.
Губная помада по-прежнему красовалась на ее передних зубах.
– Какие относятся к Lerberg Consulting AB?
Она показала на папки, покоившиеся на левой стороне тележки. Потом засеменила вверх, ее каблуки застучали по каменным ступеням. Вальтер немного испуганно посмотрел на груды документов.
– Садись, – сказала Анника и махнула рукой в направлении стула, стоявшего у маленького письменного стола.
Она сняла куртку, сложила ее и использовала в качестве сиденья на лестнице. Потом взяла три папки и расположилась там.
– Почему ты хочешь посмотреть именно их? – спросил Вальтер.
– Эта фирма подверглась аудиту со стороны налоговиков, – ответила она и открыла первую страницу бухгалтерии.
Вальтер осторожно сел на старый офисный стул.
– Откуда мне начинать?
– Наверное, с самого начала.
Вальтер познакомился с содержанием папок, указанным на тыльной стороне, и открыл первую из них. Он читал каждую страницу, прежде чем перелистывал ее.
– Lerberg Investment AB, – сказал он. – Офис на Страндвеген в Сальтшёбадене. Трое сотрудников, Ингемар Лерберг и две секретарши. – Он присвистнул. – Месячная зарплата Ингемара двести пятьдесят тысяч, секретарш – двадцать тысяч.
– Щедрый работодатель, – заметила Анника. – По крайней мере, в отношении себя самого.
Она перелистала квитанции и счета, рассортированные по датам, где каждый из них был прикреплен скрепками к листу формата А4 и зарегистрирован надлежащим образом, и остановилась на большом счете из ресторана Оперного театра в Стокгольме на семь тысяч девятьсот крон. Она осторожно подняла его и на обратной стороне прочитала список всех участников ужина. Ни одно из имен ей ничего не сказало.
Вальтер прочитал вслух:
– Конференция в Монако, пять ночей в Hotel de Paris. – Он посмотрел на Аннику. – А это не…
– Казино в Монте-Карло? Угу. Продолжай.
Он перевернул лист.
– Аренда яхты. Аренда вертолета, чтобы добраться из Монако в аэропорт Ниццы.
Анника поменяла папку. Документы зашуршали. Она наткнулась еще на один представительский ужин в том же известном столичном кабаке, опять сплошь незнакомые ей имена. Рождествеский стол в Гранд-отеле, хотя здесь уже фактически нашлось несколько знакомых: Кристина Лерберг, Нора Андерссон и Хелмер Андерссон, помимо других. Сестра Ингемара, его будущая жена и, возможно, ее отец. Скромный семейный ужин за счет фирмы.
– Сценические костюмы на двенадцать тысяч пятьсот девяносто крон, – сказал Вальтер и поднял глаза на Аннику. – Неужели подобное вычитается при начислении налогов?
– Тебе попадаются какие-то доходы? – спросила Анника.
Вальтер пролистал бумаги вперед и назад.
– Есть вложения на счет предприятия, – сказал он. – Капиталовложения от инвесторов.
