— Зачем же ты ему сказала, балда ты этакая? — не менее ласково, чем к Леве, обратилась главред к своей сотруднице.
— Потому что дядя волновался за Таню, мне хотелось его успокоить, доказать, что дело движется и его племянницу скоро освободят… Итак, когда я поняла, что он убийца, то сразу же разгадала путь, которым он подбирался к Судейскому. Да, у дяди всегда были хорошие связи, но вряд ли нашелся кто-то в самом близком окружении депутата. То, что Лев Валентинович попал к Судейскому на работу, — игра случая. Провидение.
— Не забывай, у мальчика связи, — строго напомнила Разгуляева. — Тебя вряд ли порекомендовали бы в Думу, а его — как нечего делать.
— Ваш дядя действовал через меня, — подтвердил Лева. — Позвонил, представился Геннадием Степановичем Матвеевым. А я, как дурак, купился!
— Я ведь не знала, что дядя будет загримирован! Я подумала, раз он действовал через Льва Валентиновича, наверное, они виделись. И теперь у него не остается другого выхода — только убить свидетеля.
— Я его и загримированного узнал! — буркнул Лева. — Я когда из кабинета Сергея Александровича выходил, тот меня окликнул. Ваш дядя как услышал мои имя и отчество, сразу понял, кто я. И глаза у него забегали. Помните, как вы смутились? — обратился он к Арсению Андреевичу с вызовом. — Мне это показалось странным. Ученые с именем так себя не ведут.
— Да уж, если сволочь, то в глаза смотреть боится, — подтвердил Вадик, засовывая в рот кусок остывшей булки. Кофе у него в чашке тоже остался, и он длинно прихлебнул.
— А откуда у дяди телефон Льва Валентиновича? — робко спросила Таня, которая все это время сидела, почти не двигаясь. — Где он мог его раздобыть?
Она избегала обращаться непосредственно к Старостину и крутила головой по сторонам, переводя взгляд с одного лица на другое.
Марина на секунду задумалась, а потом развела руками, как будто признаваясь в своем поражении. И посмотрела на Арсения Андреевича. Тот рассматривал деревья за окном и не собирался отвечать. Вероятно, понял, что жалостью племянницу не возьмешь, и теперь изобретал новую тактику поведения.
— На этот вопрос я могу вам ответить, — сообщила Разгуляева. — Здесь я прокололась. Был один звоночек, спрашивали стажера Нащекина. Из Академии наук. И когда узнали, что он тут больше не работает, попросили его телефон. И я как дура дала! Подумала, вдруг мальчику понадобится этот контакт? Шутка ли сказать — целая Академия наук.
— Ну, Зоя Петровна, — прогудел бывший стажер. — Я от вас такого не ожидал!
— Я от тебя тоже многого не ожидала, — сварливо заметила главред.
— Марин, — снова подал голос Валецкий, — ты ведь в одну секунду поняла, что дядя отправится на охоту за Львом Валентиновичем. Но каким образом? Я прибежал как раз вовремя. Почему не раньше и не позже?
— Он по телефону меня расспрашивал. — Марина смахнула с глаз две злые слезы и снова обратилась непосредственно к дяде:
— Ты по телефону спрашивал: когда твой стажер приедет? А далеко ли ему добираться? Странный интерес к человеку, которого ты ни разу не видел. Вот с Олегом ты познакомился, но даже не вспомнил про него.
— Лева ездил с тобой в Бийск спасать Таню! — возразил дядя. — Я думал, ты именно так поймешь мой к нему интерес.
— А я поняла его правильно. И только благодаря этому Лев Валентинович сейчас в полном здравии сидит рядом со мной.
Упомянутый юноша при этих словах приосанился.
— Я знаю, как ты догадалась, что стажера хотят убить, — заявила Разгуляева. — Ты кормила его халвой, вот у тебя и сработал материнский инстинкт.
Лева обиженно шмыгнул носом, а Валецкий поспешно поправил главреда:
— Скорее сработала женская интуиция.
Тут Эдуард Кудрявцев, сидевший рядом с целителем, громко спросил:
— Я не очень хорошо разобрался: почему же третья часть книги не попала к этому человеку? — Он подбородком указал на Арсения Андреевича. — Раз он убил одного из людей депутата Судейского, то должен был забрать ее себе?
— Хотел, но не забрал, — подтвердила Марина. — Книга была совсем в другом месте. Доверенный человек депутата не принес ее на встречу. Эту часть книги помог возвратить Олег, — она показала рукой на Валецкого. — Если бы не он и его помощник Петя, вряд ли удалось получить ее назад.
— Спасибо вам и Пете. Я тронут, — тихо проговорил Егор Спиридонович, обращаясь к Валецкому.
Это было почти единственное, что он сказал за все время встречи. Однако Марина заметила, что чем дальше, тем беспокойнее становился целитель. В последние несколько минут он ерзал, складывал руки то так, то эдак, покашливал и косил глазом в окно. В его взгляде Марина заметила волнение. Отчего он разнервничался? Непонятно.
Желая успокоить его, она сказала:
— Вы не беспокойтесь. Книгу мы вам обязательно вернем. Валерия знает, как открыть сейф. Потерпите немного, хорошо?
Эти слова возымели действие, противоположное ожидаемому. Алеев повернулся к Кудрявцеву и странным голосом произнес:
— Мне хотят вернуть книгу.
— Ну… Очень хорошо, — ответил тот, растерянно глядя на него. Не понимал, в чем дело.
Алеев вздохнул и сложил руки на груди, свесив голову.
