«А амулет позволял говорить с кошками, — однажды сказал принц во время короткого визита, и его голос тёк, словно вино, и в то время ещё не пленённый полностью Кортасом ник таял, словно лёд в тепле, — А какие кошки? Домашние или дикие?»
«Думаю, любые».
«А почему только кошки? Почему не собаки, не волки, не воинские… А что живёт на военных кораблях?» — хмурился Ашур.
«Ну, кролики, крысы… Но не кролики и не крысы, это вкусно под соусом.»
«Кроликокрысы», — медленно повторял Ашур.
«Да».
«А зачем говорить с едой?»
«Я не хотел говорить, просто уточнял… Забудь».
«Нет. Объясни. Логика Николо Кассиана — это интересно, — Ашур смотрел на его тень в клетке — Амара считала бесполезным само существование Ника. — Скажи…»
«Хорошо, — Ник задумался. — Если б мы говорили, я б его не ел. Мне б просто хотелось узнать, какой у них был день».
А после он нахмурился, и его щёки покраснели.
«Ты смеёшься надо мной? Я такой забавный?»
«Бесконечно», — широко улыбался Ашур.
Ашур знал магию. И когда он был в лесу за костром, Ник думал так же ясно, как и в воспоминаниях.
Ашур сделал что-то, что помогло Нику. Заклинание?
Ник не знал.
Ашур тоже. Родич Огня покинул костёр, вернулся в дом, где жил после ритуала.
Там его ждала Оливия. Она сидела снаружи на земле, скользила руками по растениям, что когда-то зеленели и дышали днём. Под лунным светом она напоминала паучиху.
Родич Земли два дня блуждала вокруг дома — и творила пышную зелень.
Каян посмотрел на неё с отвращением.
— Ты приманишь к нам весь мир. Пелсия — пустошь.
— Ненадолго. Я всё восстановлю, — она подняла на него взгляд, и он не успел спрятать холодность. — А вот их я не смогла.
Ник знал, что она говорила о бывших хозяевах этого дома, о пожилой паре, что отказалась покидать дом. Их трупы лежали достаточно близко, чтобы воздух пах жжёной плотью.
— Такой силы у тебя нет, сестра, — получилось жёстче, чем хотел Каян. — Магии земли нужна искра жизни, за которую можно ухватиться.
— Спасибо, что пояснил, Каян, я ж и не догадывалась!
То, как зло она сказала это, заставило его содрогнуться.
— Ну, извини. В конце концов, скоро всех этих смертных не станет, и у нас будет чистый холст, чтобы начать всё сначала.
Оливия встала и отряхнула своё платье.
— Ты нашёл принца Магнуса?
— Нет, — солгал Каян. — Он был бы мне удобным, но не более.
— Чудно, — Родич Земли скривилась от раздражения, искажая красивейшие черты лица Оливии. — Тогда тебе придётся поискать волшебницу и переманить её на нашу сторону. Без неё нам ничего не закончить.
Каян воззвал себя к терпению.
— Знаю.
Ник не мог слышать мысли Родича — он ощущал их. Люция была важнее всего на свете для Каяна.
И тот факт, что ему следовало идти к ней, простой девчонке, что уничтожила его предыдущее тело, молить о помощи…
Каян скорее просто выжжет мир!
Но он не мог.
Ему нужны были вода и воздух.
Клео и Таран.
Ник задохнулся от паники при мысли о том, что Клео в жуткой опасности, а он не в силах остановить его.
Он должен обрести контроль. Если б он только мог!.. Но он ведь жив.
Он сосредоточился на его руке. На правой. Попытался сдвинуть что-то, словно это простое, бессознательное решение.
Он пытался сдвинуть руку немножечко, так, чтобы Каян не смог заметить.
Он не мог пошевелить рукой. Но — смог мизинцем.
Не так уж и много, но ведь это только начало!
— Он всё ещё ждёт тебя, — Оливия подошла к двери коттеджа. — И у него столько вопросов, что мне пришлось сбежать на улицу!
Каян последовал с нею в коттедж, даже не глядя на скудный дом. Он кивнул очагу, и там вспыхнуло пламя. А потом перевёл взгляд на молодого мужчину, что сжался в углу. Они обнаружили троих мужчин неподалёку, и двоих Каян сжёг сразу, но посчитал, что Курт Кирелло может быть ему полезен.
— Я не знаю, зачем тебе это, Николо, — заикаясь, пробормотал Курт. — Но мой отец — могущественный человек! Он даст тебе столько золота, сколько захочешь, если ты сохранишь мне жизнь и здоровье!
Каян посмотрел на него, наконец-то позволив себе улыбнуться.
Ему так нравилось, когда смертные умоляли…
— Меня зовут Каян, — на его ладони вспыхнуло пламя, и он наслаждался тем ужасом, что вспыхнул во взгляде Курта.
Ник, однако, испытал странное сочувствие к Курту, как бы его ни презирал. Быстрая смерть куда лучше, чем плен в руках Каяна.
Но Каян только вскинул голову.
— Ну что, приступим?
Магнус считал бы безумием оставаться гостем Амары хоть на минуту дольше.
И потому Люция загорелась мыслью покинуть это пыльное место. Тут она родилась, но это не её дом.
Лимерос. Она мечтала о дворцовых палатах, о надёждых врачах для Лиссы…
Но они не направлялись туда.
Её отец хотел отправиться в Оранос и поговорить с лордом Гаретом Кирелло. Гарет оставался главным королевским советником на время отсутствия самого короля. И с его помощью можно было найти Курта.
Люция же мечтала ему помочь.
Вечером, прежде чем они отправились в оранийский дворец, Люция отыскала Йонаса, не зная даже, что скажет.
— Ты пойдёшь с нами, — спросила она, — или останешься в пелсии?
Он оторвал взгляд от меча, который точил, и удивился.
