У «народа Тьмы» свои законы. И самым страшным преступлением считается насильственное превращение человека в вампира. Но разве от этого легче несчастной Ли, обращенной в вечную жизнь? Теперь она — одна из вампиров. Для нее изменилось все. Она не понимает, как жить дальше. И единственный, на кого можно опереться, — красавец Люциан Аржено, беспощадный охотник на собратьев, объявленных вне закона. Поначалу Ли для него лишь зацепка, которая должна привести к цели. Но постепенно эта очаровательная девушка пробуждает в сердце Люциана пламя истинной любви.
До дома оставалось пройти всего полтора квартала, когда за гулким стуком своих каблуков Ли расслышала еще чьи-то шаги. Поначалу она не придала этому особого значения — ну что здесь, в штате Канзас, может случиться, тем более в пять часов утра? Взять хотя бы Дороти с ее псом Тотошкой — с помощью урагана им пришлось перенестись за тридевять земель, прежде чем они оказались на пути к приключениям.
Хотя, с другой стороны, она жила не в каком-нибудь тихом сонном городишке, а в Канзас-Сити, столице штата, и у них как-никак наличествовал определенный уровень преступности. К тому же она, слабая женщина, идет совершенно одна по темной пустынной улице с небольшими домами старой постройки, а всего в паре кварталов отсюда находится район, где ошивается всякий сброд — бездомные, бродяги, наркоманы.
Ли услышала, как шаги позади нее ускорились, стали приближаться, и по ее спине прокатился холодок. За последние пять лет она проходила этим маршрутом сотни раз, совершенно не ощущая какой-либо тревоги, и теперь была недовольна собой из-за этого глупого страха. Призвав себя к спокойствию, Ли попыталась припомнить то, чему ее учили на курсах самообороны, однако память, как назло, отказывалась предоставить столь нужные сейчас сведения.
Неужели так всегда и происходит?
Чужие шаги продолжали приближаться, и Ли почувствовала, как напряглись все мышцы ее тела. Если она немедленно что-нибудь не предпримет, потом может быть поздно.
Эта мысль подтолкнула ее к действию. Свернув в сторону с намерением пересечь улицу, она бросила небрежный взгляд назад — вроде как для того, чтобы убедиться в отсутствии мчащегося автомобиля.
Как оказалось, за ней следовал какой-то мужчина — высокий, худощавый, одетый во все темное. Рассмотреть его лицо не представлялось возможным, оно находилось в тени накинутого на голову капюшона. В общем, этот беглый взгляд ей мало чем помог — напротив, беспокойство только возросло, нервы натянулись еще больше, страх усилился.
Стараясь не показать, что ее тревожит присутствие незнакомца, Ли двинулась через дорогу, лихорадочно соображая, как лучше всего поступить дальше. Окинув взором улицу со спящими домами, она поняла, что рассчитывать следует только на себя — поблизости не было видно ни движущихся машин, ни пешеходов. Так что помощи ждать неоткуда.
И почему она не поехала домой на такси?
Впрочем, раньше у нее никогда не возникало каких-либо проблем. Да и вообще, что теперь толку сожалеть, это все равно ничего не изменит.
Ли услышала, как незнакомец пересек улицу вслед за ней, и сердце ее сжалось. Она стала пристально всматриваться в окна домов, мимо которых проходила, надеясь разглядеть за ними хоть какие-нибудь признаки жизни, пытаясь определить, в какую дверь стоит постучать, чтобы призвать на помощь. Однако это была тихая улица с небольшими жилыми домами, погруженными в темноту, их обитатели спали крепким сном. Наверное, она вообще единственная жительница этого района, которая работает допоздна и потому до сих пор бодрствует.
Ее заведение под названием «У Коко», совмещающее в себе бар и ресторан, закрывалось в три часа ночи. Вернее, в это время закрывался бар, ресторан же завершал работу значительно раньше. Вот именно за баром Ли и присматривала в ночную смену. И как только последний клиент отправлялся восвояси, а бригада уборщиков принималась за дело, она удалялась к себе в кабинет, чтобы заняться бумагами — составить графики, учесть рабочее время, подсчитать дневную выручку. Обычно она успевала управиться к тому моменту, когда уборщики заканчивали наводить порядок, и только изредка ей приходилось их дожидаться. Ну а потом она закрывала все двери, включала сигнализацию и шла домой — как правило, между пятью и полшестого, то есть в тот предрассветный час, когда подавляющее большинство злодеев мирно посапывают в своих постелях.
«Так же, как и те, кто живет на этой улице», — с тоской подумала Ли, чувствуя, как ее сердце спускается все ниже, к пяткам.
В этот момент она увидела, как впереди, над крыльцом одного из домов, зажегся фонарь, а пару секунд спустя открылась входная дверь и на пороге появилась немолодая женщина в домашнем халате. Приближающуюся Ли она не заметила, поскольку все ее внимание было сосредоточено на немецкой овчарке, выскочившей на лужайку.
— Негодник, разбудил меня перед самым рассветом! — разрезал ночную тишину недовольный голос женщины. — Об этом надо было думать раньше, когда я выводила тебя гулять!
Ли воспрянула духом. Она попросит у женщины убежища и позвонит от нее в полицию или хотя бы просто вызовет такси. Присутствие пса наверняка удержит преследователя от проявления агрессии.
Ли зашагала быстрее и уже собиралась крикнуть, но не успела. Она совершенно не слышала, чтобы следующий по пятам мужчина тоже ускорил шаг, однако каким-то образом он вдруг оказался прямо перед ней, вынудив ее остановиться.
— Привет, Ли.
