Поколения людей трудились и жили во имя священной цели – получение Совершенной Крови. И когда цель достигнута, сама Кровь дает сбой. Люди, которые должны поддерживать порядок и сохранять цивилизацию на верном пути, оказываются предателями. Метастазы Великого Отступничества грозятся разделить цивилизацию на два лагеря, уничтожить «утопичный» уклад жизни и захватить Совершенную Кровь. В это время разведывательный корабль обнаруживает присутствие чрезмерно развитых обитателей в Семнадцатой галактике и спасается бегством от неминуемой смерти, пытаясь доставить ценный сведения людям.
Серый туман, разбавленный миллионами полосок и точек различных цветов, заполнял пространство вне корабля, хотя иногда казалось, что и внутри проскальзывают полоски и точки. Две недели экипаж РФЛД-1711154 находился в прыжке, молясь всем богам вселенной об успешном выходе из него. Конечно, курс просчитали, верно, и корабль не окажется внутри звезды, планеты или планетоида, но аномалии никто не отменял. Семнадцатая галактика, исследуемая людьми, пока оставалась необитаемой, но фактор жизни, а особенно агрессивной жизни, тоже присутствовал. Пустота космоса манила своей неизвестностью, но удручала продолжительность разведывательных перелетов и их опасностью для жизни экипажа.
Рикард Антрент начинал утомляться затянувшимся перелётом. Примерное время в пути равнялось тринадцати суткам и трём часам, поэтому искорки неуверенности все чаще проскакивали между мыслями, когда закончились четырнадцатые. Для Рикарда этот полет являлся далеко не первым, но ему явно не хотелось, чтобы он стал последним. Он был одним из самых возрастных капитанов разведывательных фрегатов во всей цивилизации, а в особенности Объеденного Флота Семнадцатой галактики. Основную массу составляли молодые люди, чьи Линии Крови привели их сюда, и они заняли уготованные им места. Главный помощник Рикарда как раз и был одним из них. Молодой Паперн Парт, сын инженера-строителя с сельскохозяйственной планеты СХ – 15 – 5 – 12 – 24 – 4: Пятнадцатой галактики, пятого сектора, двенадцатого подсектора, двадцать четвёртой используемой системы, четвёртой от звезды планеты. Голова у него работала, как и руки. Ему не приходилось повторять команды, разъяснять их, отвечать на глупые вопросы, а самое главное – почти все он делал самостоятельно. Знал, когда сбросить скорость, а когда наоборот поднять. С чего начать сканирование и выбрать действительно важную информацию для доклада. Паперн умело пользовался интуицией, хотя опыт в локальной разведке имел небольшой. Последний год он просидел рядом с ним и ни разу не вызвал своими действиями недовольство у Рикарда, хотя прошлый помощник – высокий брюнет Армен Лим, чуть ли не каждый день заставлял капитана нервничать. Здесь стоит сделать оговорку по поводу недовольств Рикарда. Он был немолод и как следствие привык к определенным ритуалам, последовательностям действий и манерам работать, ожидая от человека, с которым будет проводить большую часть жизни, нечто максимально приближенного к идеалу его ожидания.
Паперн Парт вошёл в помещение центрального узла управления, и, только что открывшаяся дверь, с тихим шипением изолировала их от остального корабля, выехав обратно из стены. Первый помощник был в чистой, отпаренной форме и с гладковыбритым лицом.
– Капитан Антрент, смена, – он остановился, сделав один шаг от входа. Паперн неукоснительно соблюдал дисциплину и распорядок – ни миллиметра в сторону от стандартизированных взаимоотношений. Капитан разрешил ему немного расслабиться и не принимать так близко к сердцу постулаты Кодекса Флота (в спокойное время, естественно), но парень выразил не скрываемое удивление на своём смугловатом лице. «Разведка приравнивается к открытой войне, поэтому любой разведывательный фрегат находиться на территории противника, хоть он и лишь предполагаемый», – выдал на одном дыхании Парт, и ни одна мускула на его лице не дрогнула, не считая тех, которые отвечали за разговор. Тогда Рикард думал лишь об одном – поменяли лентяя на вояку, но время изменило его мнение на счёт парня, и он был только рад этому.
– Смена, главный помощник Парт, – сказал капитан.
Рикард покинул свое глубоко посаженное кресло, предварительно задвинув панель управления. Две рукоятки, управляющие кораблем, спрятались в отведённые для них отверстия, перед тем как панель скрылась в корпусе корабля. Капитан остановился напротив своего помощника перед тем, как покинуть центральный узел управления и сказал:
– Прыжок затянулся, значит, после выхода сработает боевая тревога, так? – По его бесстрастному лицу было невозможно прочитать смысл вопроса.
– Да, капитан Антрент. – Паперн ни секунды не думал перед ответом.
– И какими будут твои действия после выхода?
– Не тормозить, не ускоряться, поднять щит, как можно скорее оценить обстановку, действуя по обстоятельствам.
– И надеяться на чудо, – Рикард слегка улыбнулся.
