– Вот тут, как раз, из области неподтвержденных данных. С того самого момента, как я забрал тебя на Анубис, Хранители пристроили своего шпиона следить за твоими родными. Правда, нам никак не удается выяснить, кто это. Наши источники, с которыми держим связь, не могут дать конкретного ответа. Так что, приходится пока бездействовать.
– Но мы же не можем их так оставить? – я с надеждой посмотрела Лютеру в глаза. – Что-то же можно сделать?
Судя по выражению, которое отобразилось на его лице, ответ мне не понравится.
– Ладно, – с трудом совладав со злостью, которая уже вовсю тарабанит по черепушке, выговорила. – А связаться-то с ним можно? Он, наверное, места себе не находит… Думает, что я бросила его. Знаешь, у него жена – сущая дрянь…
Кажется сработало. Лютер вроде бы и хочет казаться бесчувственным чурбаном (хотя, иногда складывается впечатление, что он такой и есть), но вот если чуточку надавить на жалость, то тут же пойдет на попятную.
– Думаю, можно устроить что-то вроде звонка, – подумав, ответил Лютер.
Мужчина выглядел озадаченным, а через мгновение я разглядела на его лице нечто напоминающее досаду. Да, дорогой, тебя только что провели! Правда, и он уже додумался до этого.
– Алиса, – предостерегающе начал Лютер, – я готов помогать тебе, но не стоит больше манипулировать мной.
– Я? Манипулировать? – невинно захлопала глазами. – Ты меня с кем-то путаешь!
– Я тебя предупредил.
Несколько секунд мы сверлили друг друга взглядами, я сдалась первой.
– Когда можно будет «позвонить» брату?
– Да хоть сейчас.
Он подошел к своему столу и достал оттуда небольшой планшет и коммуникатор. Последний Лютер протянул мне, а в планшет стал забивать какую-то комбинацию. Я продиктовала номер телефона Тима, и в ухе тут же раздались гудки.
– Алло?
Я всхлипнула от неожиданности и осознания того, как сильно скучала по брату.
– Глухарь, это я.
– Лиса! – голос брата стал живее. – Где ты? Все хорошо? Полиция всю квартиру твою перерыла! Миланка мне все уши прожужжала, что ты там какая-то преступница и все прочее… Соседи у нас, сама знаешь, какие «неравнодушные»!
– Со мной все в порядке, – первая слеза бусинкой скатилась по щеке. – Я в безопасности.
– Лиса, – Тим замялся, – это правда? То, о чем спрашивала полиция? О маме с папой… О настоящих…
– Да, – я шмыгнула носом, вытирая слезы, – правда. Я никогда не теряла надежды вновь их увидеть.
Повисла тишина.
– Хорошо, – наконец он дал о себе знать и понизил тон. – Знай, за нами следят какие-то люди. У них на шее непонятный символ. Они представлялись следователями, но я сразу понял, что это не служители правопорядка. Уж я-то знаю, как наши служивые выглядят! А эти… Слишком представительные. Сестренка, куда ты влипла?
– Прости, не могу сказать, – с сожалением произнесла я. – Я буду периодически выходить на связь…
Лютер не дал мне договорить, протянув листок с адресом и номером телефона, и подписал: «На всякий случай».
– Что такое, Лиса?
– Тим, я сейчас продиктую номер и адрес. Если что-то случится, обратись туда. Там вам помогут.
Мужчина вновь привлек мое внимание, постучав указательным пальцем по своему запястью. Время вышло.
– Мне пора, но я еще позвоню! Обязательно!
– Пока, сестренка! Не пропадай! И спасибо!
К концу я чувствовала себя отвратительно.
Зажмурив глаза, попыталась сморгнуть скопившиеся слезы, но они все равно сорвались, прокладывая себе путь вниз. Чужие пальцы смахивали их, а руки заключили в объятия. Лютер молча поглаживал меня по спине, положив подбородок на голову. Рыдания сотрясали тело, а мозг отказывался работать. Мужчина, обнимавший меня, в который раз проявил внимательность, поддержав в трудную минуту.
Знаю, он это делает, чтобы потом моя голова была трезвой и рассудительной. Ведь, только так я смогу помочь им в достижении целей. Но…
Сейчас мне плевать на это. Я просто захотела отдаться на волю чувствам. Мне это нужно. Здесь и сейчас не хочется быть сильной и непоколебимой. Признаю, я слаба и беспомощна в данную минуту, но именно это и необходимо было – признать, ведь все мы люди, а значит имеем право на слабости.
Спустя, наверное, только минут пять я более-менее успокоилась и отстранилась. Лютер все еще обнимал меня за плечи.
– Порядок?
Я заглянула в его добрые глаза, в которых было только тепло и забота. Внутри стало чуточку светлее. Может, еще не все так безнадежно?
Благодарно кивнув, я нехотя выскользнула из его объятий и удалилась к себе. Размышления снова привели меня к точке, которая вновь погрузила мой раздраженный мозг в пучину отчаяния, стоило просто остаться одной!
Сердце затопила такая тоска, что рука невольно смяла футболку на груди. А это я еще не поговорила с Лютером о том, как быть с родителями. Знаю точно, что не отступлю от намеченной цели, но также прекрасно понимаю – ни о каком освобождении и речи быть не может, пока за мной охотятся Хранители.