— В Совете довольно много тех, кому человеческая раса не по нутру, — согласился Верон. — Когда только люди на вашей планете начали проявлять зачатки высокого разума, многие проголосовали за то, чтобы вас познакомить со Вселенной, открыть ее тайны и рассказать о том, что на самом деле происходит за пределами вашей Солнечной системы. В вас видели потенциал и надеялись, что вы послужите общему делу, сделав жизнь в мире более… лучшей и комфортной, но вы, вместо развития собственных технологий, начали пользоваться благами других цивилизаций, полностью позабыв о собственных достижениях, забросив их на полпути. Вы обленились. Поначалу все считали, что вам надо как-то акклиматизироваться и адаптироваться, но годы и столетия шли, а вы так и не перестали быть теми, кем стали, узнав о истинных размерах Вселенной и о ее благах. Прошло почти две тысячи лет. Многие пересмотрели мнение своих предшественников о пользе человечества в будущем.
— То есть ты считаешь, что они правы?! — Иолай даже отодвинулся от друга. Человеческая гордость буквально пылал в нем неугасаемым пламенем, которое он того и гляди обрушит на чью-нибудь голову. Приятно видеть подобное в тех, кто человек лишь по расе, когда как современные люди воспитываются в традициях общего воспитания, то есть никому не навязывают, что их раса чем-то особенным отличается от остальных, пусть это и не так. Так или иначе, каждый член своей расы стремится больше к сближению именно со своими сородичами, и это не изменят ни воспитание, ни соседство, ни даже насильственные попытки мутуализма. Максимум, к чему это приведет, — еще бо́льшая разобщенность.
— Ни в коем разе! Есть множество рас, которые более никчемны, чем человечество. Намного никчемнее. Люди подняли экономику многих стран и даже планет, а также принесли во Вселенную несколько новых религий, которые хоть и служили поводом для войн, но так же и объединяли целые нации, до этого враждующие. Да и без этого хватало. Так что я считаю, что заявление действительно звучит глупо. И подозрительно.
Иолай придвинулся обратно к Верону.
— Хочешь сказать, что все это тоже спланировано?
— Катастрофа лайнера и это заявление несомненно связаны. Кто-то действительно пытается подставить, но только не одного Амара, а всю человеческую расу. Амара же попросту использовали, чтобы всколыхнуть общество и заставить всех ненавидеть хотя бы одного человека, проецируя его преступление на всех людей.
— Неужели все настолько тупы, что не увидят подвоха? Они же все разумные Люди.
— Каждый по отдельности разумен. А толпа — это тупой, склонный к панике опасный зверь. Им нужно лишь указать цель, а дальше они сами не заметят, как станут вначале косо смотреть в сторону любого человека, а потом и вовсе в открытую выказывать свою неприязнь. Если кому интересно мое мнения, то я считаю, что те, кто так использует Людей для своих гнусных скрытых целей, — и есть настоящие неразумные дикие животные.
Верон, обычно тихий и разумный, прямо на глазах превращался в эмоцию, в негативную эмоцию. И это из-за предстоящей угрозы людям, хотя будучи камируттом, максимум должен реагировать на это спокойно. Это один из тех случаев, когда разбиваются стереотипы.
— Скрытых целей? — уточнила девушка. Судя по всему, ее тоже может и не тревожила судьба людей в полном понимании этого слова, но, если это можно так назвать, беспокоила. Кому кроме психов нравится воевать? — Думаешь, они не просто хотят сбросить всех людей в грязь, а у них есть еще и скрытые мотивы?
— Это очевидно, — ответил я за Верона.
— И какая же у них истинная цель?
— Вот это и есть главный вопрос, — сказал я, подняв указательный палец.
— То есть ты не знаешь?
— Откуда мне знать-то?
— Я имела в виду…
— Да понял я, — перебил я девушку. — Я могу лишь предположить некоторые варианты, но все они не выдерживают критики.
— А ты попробуй.
Я немного помолчал, задумавшись. Вариантов у меня было много, но большинство были либо слишком надуманными, либо просто невозможными. Хотя, если мой противник настоящий псих, ему в голову могло прийти все что угодно. Я решил поделиться лишь наиболее реальными идеями.
