Когда ее киска дернулась, он сжал пальцы и сильнее надавил ладонью на ее клитор. Она выругалась, когда оргазм охватил ее тело, и он позволил ей кататься на его руке, пока ее конечности не обмякли. Начисто облизав пальцы, он переместился между ее ног, поймав ее взгляд своим, чтобы передать каждую унцию любви, которую он испытывал к ней.
Протянув руку, чтобы запустить пальцы в его волосы, она прошептала:
— Я люблю тебя.
Он толкнулся в нее и зашипел. Ощущение ее тепла, окутывающего его, никогда не устареет.
— Я тоже люблю тебя, королева Умбры.
Прижав ее руки к кровати, он переплел свои пальцы с ее. Их тела двигались в совершенной гармонии, потому что они были созданы друг для друга, и теперь, когда связь была полной, удовольствие между ними не было похоже ни на какое другое.
Она попыталась закрыть глаза, но он остановил.
— Посмотри на меня.
Когда ее взгляд встретился с его, он прижался бедрами к ее, и она приподнялась, встречая его на полпути. Каждый штрих был неземным, а звуки, которые они издавали, были первобытными.
В его голове не было никаких мыслей, кроме его потребности в ней. Взять ее один раз было недостаточно, но сейчас это было все, что у него было. Они смотрели друг другу в глаза, отказываясь отводить взгляд, когда их кожа соприкасалась снова и снова.
Отпустив одну из ее рук, он переместил свою к ее шее, чувствуя, как сильно бьется ее пульс.
— Никогда я не видел ничего более прекрасного, — пробормотал он и протолкнул свой член как можно глубже, желая коснуться каждого дюйма ее тела.
Она ахнула, и выражение ее глаз заставило бы его упасть на колени, если бы он стоял.
— Я люблю тебя, — прошептала она, быстрее поднимая бедра.
— Блядь.
Он хрюкнул сквозь стиснутые зубы, когда его член вырос от ее слов.
Их движения становились неистовыми, когда они стремились к кайфу, который мог дать только другой. Сжимая его член почти до боли, она кончила, и он приветствовал эту боль, входя в нее сильнее. Он закончил, произнося ее имя, как молитву.
Ничто и никогда не сравнится с занятием любовью со своей парой, со своей женой. Комната замерцала, и она приподнялась на локте, притягивая его к себе.
— Я люблю тебя, муж.
Он вздохнул, счастливее, чем когда — либо за всю свою долгую жизнь, потому что это были самые сладкие слова, которые он когда — либо слышал.
— И я люблю тебя, жена.
Первое, что сделал Кай, когда открыл глаза, это проверил ладонь правой руки. Он недоверчиво уставился на символ Умбры Вечного. Это сработало. Если он был честен с самим собой, он не думал, что это сработает, потому что они не обладали ни одной из своих способностей в области души.
Его голова склонилась к эфиру, и он прошептал:
— Спасибо тебе, Лора.
