— Почему ты думаешь, что Бэйн — это не мое настоящее имя?
— В прошлый раз ты сказал, что не убивал мою сестру.
Он слегка кивнул.
— Знание моего имени не поможет тебе найти то, что ты ищешь.
— Откуда ты знаешь, что я ищу? — с вызовом спросила она.
Она даже не знала, что ищет.
— Потому что я знаю тебя.
Он убрал прядь волос с ее лица, и она шлепнула его по руке, заставив его улыбнуться.
— Я знаю, что ты спишь со слегка приоткрытым ртом. Твой любимый цвет — красный, и ты ненавидишь читать. Я знаю, как набухают твои глаза, когда ты плачешь, разбивая мое сердце на миллион кусочков.
Войдя в ее пространство, он наклонился, и его голос был хриплым.
— Я знаю, какие звуки ты издаешь, когда ездишь верхом на моем лице, и как твоя спина изгибается над кроватью, когда ты хочешь, чтобы я заменил пальцы на..
— Прекрати, — практически закричала она, когда все ее тело вспыхнуло.
Очевидно, ей нужно было потрахаться, но об этом она побеспокоится позже.
— Ты знаешь меня только потому, что мой разум вызвал тебя к жизни. Мне нужно знать почему.
Он пересек комнату и выглянул в маленькое окно на полевые цветы, покрывающие землю.
— Что заставляет тебя думать, что этот сон не мой?
Вот оно снова, это чувство знакомости. Это была фраза, которую она где — то слышала раньше. Что это значило, и почему это было настолько важно, чтобы ее разум напомнил ей?
— Кто ты? — выдохнула она.
Был ли он важен для нее в Винкуле, или он был Бэйном, и она подсознательно пыталась избавиться от своей потребности в мести?
Он оглянулся через плечо.
— Я для тебя никто, больше нет.
Дом на дереве замерцал, и Не — Бейн опустил голову.
— Время просыпаться, мисс Рейвен.
Рори села, покрытая сплошным слоем пота. Несмотря на магию, блокирующую ее воспоминания, ее мозг помнил. Почему еще у нее были такие осознанные сны, которые вызывали чувства, настолько сильные, что она думала, что они реальны?
Что — то в ее груди дрогнуло от сердечной боли, как при просмотре третьего акта любовного фильма. Единственное отличие было в том, что она пропустила начало фильма и не знала, что происходит. Вот на что была похожа ее жизнь.
Разочарование было недостаточно подходящим словом, чтобы объяснить, что она чувствовала. Кем был этот мужчина в ее снах, и почему он казался знакомым? Она тосковала по кому — то, кого больше не знала, потому что ее воспоминания были спрятаны, просто вне досягаемости.
Она хотела бы, чтобы это смутное узнавание не мучило ее, чтобы она могла двигаться дальше по жизни, но оно мучило, и она не могла.
Не без знания того, кого она оставила позади.
<p>Глава 10</p>Винкула
— Она вспоминает, — сказал Кай в ту же секунду, как Сэм вошел в его кабинет.
— Я мог видеть это по ее лицу.
Крылья Сэма плотно прижались к телу, когда он неторопливо пересекал комнату.
— Это невозможно. Магию нельзя разрушить.
— Она моя Вечность. Может быть, магия на нее не так хорошо действует, — ответил Кай.
— Мы не можем позволить этому случиться, или, по крайней мере, если она вспомнит, мы должны убедить ее, что все это у нее в голове.
Он хотел, чтобы она помнила его, чтобы он мог прикоснуться к ней, поцеловать ее, сказать ей, как сильно он ее любит, и услышать, как она говорит, что тоже любит его. Но это было небезопасно. Его грудь болела каждый раз, когда он смотрел в ее вопрошающие глаза.
— Она ничего не помнит, — заявил Сэм, залезая в карман и доставая яблоко.
— Это твое сердце создает то, что ты хочешь видеть.
