Ее зубы впились в нижнюю губу, и он мог сказать, что она сдерживала слезы.
Обхватив рукой ее шею сзади, он притянул ее ближе. Их губы разделяло всего лишь дыхание, и он не смог удержаться от улыбки.
— Правда?
Ее руки уперлись ему в грудь.
— Я нашла ваши имена.
Сохраняя самообладание, он ухмыльнулся ей.
— Вы преследуете меня, мисс Рэйвен?
Он не смог сохранять дистанцию и снова вторгся в ее пространство.
— Скажите мне. Ты искала мои фотографии, чтобы повесить над своей кроватью? — ее глаза вспыхнули, и он коснулся губами ее губ.
— Ты хочешь прикоснуться к себе, когда смотришь на мое лицо?
Она отстранилась.
— Ты всегда думаешь своим членом?
— Да, — немедленно ответил он, и она поджала губы, когда он подавил улыбку.
То, что она сказала ему, было монументально, но он не мог позволить ей паниковать. Поддразнивание ее всегда успокаивало.
Кай страстно желал сказать ей, что нет, он не всегда думал своим членом, потому что его мысли были поглощены всей ней, а не только ее телом. Он скучал по всему, что было связано с ней. Их ночные разговоры в постели, ее вспыльчивость, ее поддразнивания, то, как она приносила ему сладости или книгу, если у него были проблемы со сном. Он любил эту женщину больше, чем когда — либо любил что — либо, и без нее чувствовал себя разбитым.
— В домике на дереве, — отрезала она, и он широко улыбнулся.
Вот она.
— Имена, которые ты вырезал на книжной полке. Я нашла их.
Ее золотое платье развевалось, когда она ходила взад — вперед.
— Я думала, это сон.
Она покрутила пальцем в воздухе и направила свои шаги к нему.
— Я думала, что ты был сном.
Когда она подняла глаза, он подмигнул.
— Да.
Ее хмурый взгляд был так же прекрасен, как и ее улыбка.
— Ты будешь серьезен? Серафим, ты всегда такой высокомерный?
Он открыл рот, чтобы ответить, но она прижала палец к его губам.
— Это был риторический вопрос.
Когда он прикусил ее палец, она отдернула его.
— Как это возможно? — прошептала она.
— Ты реален. Я знаю, что ты реален.
Он снял пиджак и положил его на кровать.
— Это возможно, потому что ты моя Вечность, и это наш душевный пейзаж.
Ее глаза были прикованы к его груди.
— Мои глаза здесь, мисс Рэйвен.
Вскинув голову, она уставилась на него.
— Это не моя вина, что твоя рубашка сидит неправильно.
Он посмотрел вниз на материал, натянутый на его широкой груди.
— Она прекрасно сидит, и раз уж мы заговорили об этом, ты прекрасно выглядишь в этом платье.
— Ты должен увидеть, что под ним.
Ее глаза расширились, как будто она не хотела, чтобы эти слова слетели с ее губ.
