Бессмертный полностью

К большому удивлению Рори, на его лице не было враждебности, когда он заговорил с ней.

Лорен сделала знак Рори идти первой, а затем последовала за ней вверх по лестнице.

— Обычно он не такой, — прошептала она.

— Прямолинейный, да, но никогда намеренно не грубый. Он расстроен и вымещает это на всех остальных.

— Чем он расстроен? — спросила Рори вопреки здравому смыслу.

Ей должно быть все равно.

Лорен вздохнула и покачала головой.

— Я ничего не могу с тобой обсуждать, но просто знай, что это глубоко ранило его, и, боюсь, он никогда не простит друга, который орудовал ножом.

Рори смотрела на широкую спину Сэма, когда он выкрикивал информацию о доме, и ее сердце болело за него.

Он повернулся к ней с хмурым видом, его прежнее выражение исчезло.

— Ты слушаешь?

И вот так просто Сэм мог бы отвалить.

Дом был двухуровневым и неоправданно огромным. На обширном первом этаже располагались официальная столовая, большая кухня, гостиная, кабинет и дамская комната. На втором этаже было четыре спальни, каждая со своей ванной комнатой.

Прятали ли они небольшую армию? Дом выглядел по-домашнему, как будто в нем кто-то жил.

— Кто здесь живет? — спросила Рори Сэма, который все еще пребывал в задумчивости, расхаживая по дому.

— Это безопасный дом. Почему ты продолжаешь задавать вопросы, на которые мы уже ответили? — резкий тон, который он использовал, был излишним.

Она остановилась и схватила его за руку, заставляя повернуться к ней лицом.

— Если ты думаешь, что я такая мерзкая, тогда смени место жительства. Ясно, что у тебя есть власть.

Его плечи слегка опустились, и это нехарактерное для нее действие испугало ее.

— Я не думаю, что ты мерзкая.

Он провел большой рукой по лицу.

— Я прошу прощения за то, что вымещаю на тебе свой гнев.

Она попыталась не рассмеяться над страдальческим выражением его лица. Можно подумать, он ни разу в жизни не извинился.

— Прощен.

Его губы растянулись почти в улыбке, прежде чем он повернулся и повел ее на главный уровень. Дьюм, ее отец и Лорен сидели за большим обеденным столом, споря приглушенным шепотом, но когда в дверях появились Рори и Сэм, они резко остановились.

— Что происходит? — спросила она, затаив дыхание.

Еще один сюрприз может прикончить ее.

— Мы обсуждаем условия проживания, — ответила Лорен и указала между собой и Сэмом.

— Один из нас должен оставаться с тобой все время.

— Я думала, что я свободна.

Она переводила взгляд с одного незнакомца на другого.

— Я понимаю, что за мной следят днем, но зачем мне нужны охранники, живущие со мной?

Они обменялись взглядами, от которых ей стало не по себе.

— Если люди услышат о твоем освобождении, это не будет воспринято хорошо, — ответил Сэм.

— Это для твоей защиты.

Рори приподняла бровь.

— Я убила четырнадцать человек. Думаю, я смогу постоять за себя.

Дьюм и Патрик побледнели, но рот Лорен скривился в кошачьей улыбке.

— Обвинения были предъявлены по тринадцати, — сказал Дьюм с явным беспокойством.

Рори неловко поерзала. Никто не знал о первой жертве, которую она оставила мертвой в переулке.

— Я сказала то, что имела в виду.

Их молчание ранило ее до глубины души. Они могли бы сказать, что это их не беспокоило, как они хотели, но это беспокоило.

Тишину прорезал голос Сэма.

— Твоя защита — это самое важное. Это не обсуждается. Мы с Лорен будем дежурить по очереди. Здесь много спален.

Он не оставил места для споров, и она прикусила язык, решив сама начать битву.

— Мы тоже остаемся здесь, — сказал Дьюм, скрещивая руки на широкой груди.

Она повернулась к нему и своему отцу.

— Вы не можете этого сделать. У вас обоих есть работа в городе.

Район был достаточно уединенным, чтобы она понимала, что город находится не в нескольких минутах ходьбы, и ни у Дьюма, ни у ее отца не было автомобиля.

Дьюм пожал плечами.

— Патрик купил грузовик, и мы договорились обменяться с ним.

Ее отец был тих, и Рори подавила желание взглянуть в его сторону.

Действительно ли он хотел остаться?

Словно прочитав ее мысли, он сказал:

— Сейчас я работаю в ночную смену. Я останусь с тобой днем, хотя большую его часть буду спать.

Ночная смена? Ее отец был ветеринаром, а у ветеринаров не было ночных смен. Она не хотела, чтобы они меняли свою жизнь ради нее.

— Нет.

Они уставились на нее, когда она покачала головой.

— Мое возвращение не разрушит ваши жизни. У меня есть эти двое, чтобы защитить меня.

Она кивнула головой двум охранникам.

— Кроме того, никто не узнает, что я вернулась, помнишь?

Дьюм открыл рот, чтобы возразить, но она подняла руку.

— Это не обсуждается. Я все равно встречусь со всеми за выпивкой, — пообещала она.

— Но нам, вероятно, следует выбрать новое место.

Ее отец поднял глаза с суровым выражением.

— Аврора Рейвен, я остаюсь здесь, и это окончательно.

Рори сдержала улыбку. Повернувшись к Дьюму, она сказала:

— Я бы хотела поскорее увидеть Корди и Кита.

Если они действительно хотели ее видеть.

— Не могли бы вы трое выбрать новое место? Предпочтительно такое, где меня никто не узнает.