-Как-то поздновато, вы так не считаете? - перебил я, -Когда Санта просил вас о помощи, вы не помогли, когда я мог умереть от голода или от ножа грабителей, вы не помогли, но вы предлагаете помощь сейчас, когда у меня и так все хорошо.
Иноичи ничего не ответил, я же сжимал и разжимал кулак. Помощь должна быть своевременной. Желание провести старушку через дорогу, когда она уже сидит на кресле-качалке в своей однокомнатной квартире, это не помощь, это не делает человека добрым, это только желание пустить окружающим пыль в глаза, что бы все видели какой он добрый.
Я презирал таких людей и в своем мире, где таких было большинство. Там я делил людей на три категории: добрые, кто готов был оказать реальную своевременную помощь, павлины, пускающие пыль в глаза выдуманными историями и сладостными речами, и отморозки, кто даже не пытался казаться добрым, кто посылал на три буквы ветхую старушку, что просила их уступить место в трамвае. Но последние хотя бы были честны, в них не было ни капли доброты и они этого не скрывали, в отличие от павлинов, к коим я и причислил главу Яманака.
-Понимаю твой гнев, - заговорил он, -Ты молод и не можешь видеть всей картины. Благодаря нашим техникам, клан Яманака полезен для союзников, но так же опасен для врагов. Сейчас Хокаге нам полностью доверяет, считая союзниками, но если он усомнится в нашей преданности, - Иноичи перевел дыхание, -Мы в шатком положении и полностью зависим от Хокаге, потому я не мог помочь Санте, как и не мог придти к тебе раньше. Только недавно мне удалось убедить Хокаге понаблюдать за тобой и удостовериться, что ты обычный подросток.
-За мной все это время следили? - я остановился. Они следили за мной, но и пальцем не шевельнули, когда нож грабителя грозил впиться в мое горло. Хладнокровные отбросы, не имеющие и толики человечности. Глубокий вдох, выдох. Я отдышался и двинулся дальше.
-Сегодня клан Яманака устраивает праздник в честь столетия бывшего главы Юхио-сана, - остановился Иноичи, когда мы дошли до дверей больницы, -Твой дед желает тебя видеть, надеюсь ты придешь.
-Идти или не идти, вот в чем вопрос, - рассуждал я вслух, перевязывая бинтами лапу нинкена.
Сегодня Хана не пустила меня в лабораторию, отправив осматривать легкораненых собак, обмазывать бедных килограммами мазей и бинтовать. Аюми стояла в сторонке, наблюдая за моими действиями и боясь приблизиться к животным. Инудзука, которая боится нинкенов? Что же с ней не так.
Решиться я не смог и на занятиях у сенсея, который весь урок корил меня за рассеянность и невнимательность.
-Хозо-сэнсэй, неужели в больнице отсутствуют книги по ирьендзюцу?
-Все книги перед тобой, - указал он на полку, на которой лежали два одиноких толстых свитка: сборник рецептов и пособие по строению человека.
-И никто не писал учебники, не вел исследований?
-Каждый Ирьенин больницы слишком загружен работой, что бы тратить время на исследования или написание учебных пособий, хотя, - старик что-то вспомнил, -Попадались мне на глаза пара свитков с сумасбродными учениями, скорей всего их отнесли в кладовку, куда стаскивают старье моего возраста.
Сразу после занятия я заглянул в кладовку, что была завалена частями сломанных больничных коек и деревянных ящиков с хламом неизвестного предназначения. Потратив пару часов на переборку мусора, мне удалось найти четыре громоздких свитка.
Я оттер их от пыли и, воровато оглянувшись, запихал в пустой мешок, что нашелся неподалеку. Изучить их решил дома.
Закинув ношу домой, я все таки отправился в квартал Яманака, убеждая себя, что иду из-за дедушки, которого и знать не знаю. Я уже более-менее ориентировался в деревне, потому квартал нашел без особых проблем. Он раза в три меньше квартала Хьюг, который попался мне по пути сюда, и огорожен символическим метровым забором, в отличие от высоченного забора тех же Хьюг.
Может зря я пришел? Развернуться и пойти домой? Стоя у калитки, ведущей в квартал, я долго не мог решиться, но, плюнув на все, открыл дверку и вошел. Дома здесь разительно отличались от тех, что за пределами кварталов. Они не жались друг к дружке, и каждый имел свой сад. Крыши шли дугой, в восточном стиле, отчего складывалось ощущение, что попал в другой мир. Мир восточных сказок. А главное запах. Пахло природой, травой, цветами, и ни следа запаха пыли да помоев, что преследовал меня каждый день по пути в больницу.
-Ты пришел, - окликнул меня Иноичи, прикрывая рукой глаза от заходящего солнца, -Пройдем в дом.
Он терпеливо дождался, пока я прогулочным шагам дошел до него, и вошел в дом, у дверей которого мы находились. Мы оказались в просторной комнате, посреди которой стоял длинный стол, а за ним сидели десятки людей. Многие оглянулись на нас, но поймав на себе мой взгляд, прятали глаза, делая вид, что и не смотрели вовсе.