Бессознательное: мифы и реальность полностью

"Несколько лет назад редактор “Британского психиатрического журнала” (British Journal of Psychiatry), очевидно по ошибке, попросил меня написать рецензию на фрейдистскую статью. Меня сразу же поразило одно тонкое отличие от статей, которые я обычно рецензирую. Как и в любой научной статье, там было много ссылок на литературу. В основном это ссылки на работы по той же теме, опубликованные ранее. Мы ссылаемся на них […] для того, чтобы подкрепить те или иные утверждения, которые содержатся в нашей собственной работе. Но авторы этой фрейдистской статьи вовсе не пытались подкрепить приводимые факты ссылками. Ссылки на литературу касались не фактов, а идей. Пользуясь ссылками, можно было проследить развитие этих идей в трудах различных последователей Фрейда вплоть до исходных слов самого учителя. При этом не приводилось никаких фактов, по которым можно было бы судить о том, справедливы ли были его идеи. Может быть, Фрейд и оказал большое влияние на литературную критику, но он не был настоящим ученым. Он не интересовался фактами. Я же изучаю психологию научными методами" (Фрит, 2010. С. 19).

Сказанное Фритом чистая правда — ссылки в психоаналитической литературе адресованы не столько к исследованиям по теме, сколько к рассуждениям по ней других авторов. Аналогичную картину можно наблюдать и в такой новой отрасли психоанализа, как нейропсихоанализ. Здесь исследователи анализируют пациента с повреждённым правым полушарием, вследствие чего его левая рука оказывается умеренно парализованной (левосторонний гемипарез), за что он её ненавидит (мизоплегия) и даже хочет избавиться от неё путём отрезания или даже отгрызания. Авторы-психоаналитики приходят к выводу, что пациент ассоциирует свою непослушную руку с матерью, которая "отвергла его, бросила, стала вести себя независимо" (Каплан-Солмз и Солмз, 2016. С. 166–174). Как эта связь доказывается? Да никак. Она просто предполагается, и это предположение автоматически ставится во главу доказательной базы. Предположения достаточно.

В этом и весь нюанс : как бы ни были близки предположения психоанализа к правде, доказать реальные связи попросту невозможно. Всё упирается в многозначность символического. Оно неразрешимо научными, точными и однозначными методами. Потому в итоге остаётся лишь вопросом веры

Помимо прочего, психоанализ откровенно страдает неопровержимостью своих тезисов (или нефальсифицируемостью по Попперу, подробнее см. Поппер, 1983).

"…психоаналитические теории… являются непроверяемыми и неопровержимыми теориями. Нельзя представить себе человеческого поведения, которое могло бы опровергнуть их… это означает, что те "клинические наблюдения", которые, как наивно полагают психоаналитики, подтверждают их теорию, делают это не в большей степени, чем ежедневные подтверждения, обнаруживаемые астрологами в своей практике" (Там же, С. 246–248).