– Какие эмоции вы сейчас ждете от меня? – у, как я смело игнорирую вопрос Крамера. – И почему вы что-то ждете, если говорили, что хотите просто трахнуть? И вы, получается, этакий циник, который ни к кому ничего не испытывает, но других вам интересно “разводить” на чувства, а как только игрушка выполнила свою фикцию, ее можно смело выбрасывать, так?
– Слишком много вопросов. Для разговоров у нас будет потом еще достаточно времени, – с этими словами Давид перевернул меня на спину, а сам оказался сверху.
Нет. Как это? Я вот как раз сейчас уже больше настроена на разговор!
На разговор я была настроена секунды три. В этот промежуток времени Крамер дотянулся до пульта на тумбочке, нажал пару кнопок и… мать моя женщина. Включилась музыка (причем та композиция, род которую мы с Давидом в клубе впервые вместе танцевали медленный танец), в комнате включилась этакая интимная легкая подсветка, а сверху, из прикрепленной к потолку и волшебно-автоматическим образом открывшейся коробки, которой там вечером точно не было, мощным алым водопадом посыпались лепестки роз, в мгновения усыпавшие нас с Давидом и всю постель.
Я в шоке.
– Давид Матвеевич, это что такое? – после того, как отплевалась от лепестков, полюбопытствовала я. Лепестки попали в рот, потому что непредусмотрительно разинула его в изумление.
Начальник иронично изогнул бровь.
– Как это что? У вас сейчас будет первый раз. Создал вам запоминающуюся романтичную обстановку. Можете не благодарить.
Хмыкнула.
– Давид Матвеевич, поверьте, я и без этого хорошо все запомню, да и в нашем случае романтика мне кажется какой-то неуместной, особенно зная, какой вы на самом деле циник.
– А я смотрю, вы, Василиса Андреевна, решили от меня циничностью заразиться?
– Я бы не сказала. Мне кажется, я скорее прагматична.
Едва сдерживаю смех. Что за цирк вообще такой? Ладно бы я еще совсем не знала Крамера. Не первый раз, а чудеса абсурда какие-то.
Начальник вздохнул и выключил музыку.
– Как знаете, Василиса. Ваш выбор.
– Если что, то мне можно и впредь не устраивать подобных романтических моментов. Вы меня сейчас скорее напугали, чем впечатлили, не надо так.
– Василиса Андреевна, знаете вы кто? – произносит Крамер, развязывая пояс на моем халате, а затем решительно распахивая его полы.
– Я вас внимательно слушаю, Давид Матвеевич.
– Если я по вашему мнению дьявол, то вы как минимум бесовка. А когда принимал вас на работу, со стороны вы куда больше походили на ангела.
– Так может это вы мне помогли спустится с небес?
– Может быть и помог, но в вас это уже было изначально заложено.
Далее Давид, больше ни на что не отвлекаясь, что называется, дорвался до тела, показав все свое мастерство. Поцелуи мужчины сводят с ума, то что творят его руки – словами не передать. То что делает Крамер – это покорение. Самое настоящее. Покорение моего разума, тела, воли. В руках начальника я становлюсь послушной куклой, его власть становится безграничной. Причем я чувствую себя какой-то тряпичной куклой, руки, ноги, да и все тело, как ватные, я сама могу разве что только сладко стонать, не в силах хоть как-то сама проявить инициативу, но босс ее и не ждет. Во всяком случае, не в этот раз.
К моменту, когда Давид лег сверху между моих ног, я была зацелована, кажется практически везде, Крамер не упустил ни одного нежного чувствительного местечка.
Осталось только одно желание – ощутить Давида внутри себя.
Но при всем при том, какой-то червячок в подсознание точит меня, не дает окончательно расслабиться, чтобы с удовольствием предаться пороку и разврату, и это даже не страх перед болью – Крамер настолько профессионал, что кажется, будто сделает это максимально безболезненно. Нет, тут что-то другое, но что именно, не пойму.
И тут меня наконец озарило!
– Давид Матвеевич! – вскрикнула я одновременно с решительным толчком Крамера внутрь меня. Все, больше я не девица.
– М-м? Очень больно? – Крамер смотрит на меня сочувствующе. Я,конечно, большеват…
– Нет! Точнее да, больно. Но… Давид Матвеевич, а вы контрацепцию надели?
– Нет. Зачем?
Давид сделал пробный осторожный толчок внутри меня. Выгнулась. Боль и наслаждение смешались, такие невероятно острые ощущения. Вцепилась в руки шефа со всей силы и жду продолжения. Но. о чем мы говорили?
– Дети – это не опасность. Вы здоровы, я тоже.
Так. Не нравится мне все это.
– Давид Матвеевич!
Пытаюсь разорвать наш с начальником контакт и выбраться из-под Давида. В ответ на мои действия этот дьявол качнулся вперед еще раз, и еще, еще. Да-а…
– Не переживайте, Василиса, от незапланированных детей я уже давно застраховал себя сам. Есть знаете ли, методы предохранения для мужчин, кроме механического.
– Какие.
– Я вам потом расскажу.
Крамер увеличил темп. Говорить у меня больше не получается.
Давид словно заполнил меня там полностью, закусив губу, полностью погружаюсь в собственные ощущения, и Крамер, видимо почувствовав, что я выдерживаю заданный им темп, только еще больше ускоряется, но при этом находит время чтобы вдруг меня поцеловать, на удивление, невыразимо нежно и страстно.
